Когда закон бессилен

— Все? — спросил заглянувший в раздевалку молодой мужчина в темных очках.

— Он ответил за смерть дяди, — напыщенно ответил плосколицый.

— Тех, кто взялся за оружие, убили, — сказал молодой.

— Никто не вырвался?

— Это санаторий для чинов КПСС построен на скале. Вниз можно спуститься только лифтом для машин. На пульте управления наши люди, остальные в зале. В здании больше никого нет. Дервиш со своими парнями оказал неоценимую услугу.

— Он получит вознаграждение, — усмехнулся плосколицый. Выйдя из раздевалки, подошел к явно нервничающему Дервишу. Рядом с ним — пятеро парней с открытыми лицами.

— Они с нами? — спросил плосколицый.

— Со мной, — облизнув пересохшие от волнения губы, ответил Дервиш. Резким ударом в лицо плосколицый сбил его в воду. Стоявшие рядом парни, даже не помышляя о сопротивлении, мгновенно вскинули вверх руки. Вынырнув, Дервиш нашел взглядом плосколицего.

— Саид! — увидев направленный на него пистолет, заорал он. — Я…

Дважды выстрелил пистолет. Медленно погружающееся тело окрашивало воду в бледно-розовый цвет.

— Отныне вы или с нами, — громко сказал Саид, — или с ними, — указал на воду.

— Саид, — к нему подошел один из автоматчиков в маске, — это было в халате Касыма, — он протянул надорванный конверт. Бегло прочитав письмо, Саид улыбнулся. — Хан решит, что делать.

— Вы куда? — спросила Ирина шагнувшую к двери свекровь.

— Спасибо, дочка, — ответила Вера Николаевна, — но мне самой нужно, — приподнявшись на цыпочки, поцеловала Ирину в лоб. — Спасибо тебе, — пошептала она, — и береги себя и ребенка.

— Мама! — взволнованно сказала Ирина, — что с вами?! Вы как будто…

— Устала я, дочка, — улыбнулась женщина.

— Черт бы вас побрал, менты поганые! — зло говорила Зинаида. — Как преступницу продержали пять дней! Я на вас жаловаться буду! В этой камере, — она брезгливо поморщилась, — все…

— Ваше счастье, что она заявление забрала, — насмешливо перебил ее грузный капитан милиции, — а то самое малое — года четыре влупили бы.

— Как вы со мной разговариваете?! Я вам устрою! До Москвы дойду…

— Хватит, — недовольно буркнул вошедший в кабинет муж, — отпускают, так радоваться должна.

— Вот и я то же говорю, — подмигнув капитану, сказал вошедший следом Басов, — а она капитана матом кроет. Оскорбляет при исполнении. Это если не статья, то на пятнадцать суток точно тянет.

— Что?! — закричала Зинаида. — Что вы сказали?!

— Хватит! — рявкнул Зяблов. Вздрогнувшая от неожиданности жена мгновенно смолкла. — А вы, Валентин Павлович, — повернувшись к подполковнику, насмешливо сказал Зяблов. — Не пытайтесь меня спровоцировать, а то будете иметь очень большие неприятности.