Когда закон бессилен

Майор делал то, что ему положено. И только поэтому он должен умереть. Если бы этим заинтересовался не связанный с Зябловым майор, Филимон не стал бы ничего предпринимать против него. Он всегда старался избежать любых конфликтов, с сотрудниками правоохранительных органов. Собственно, на него еще ни разу и не выходили.

Утром Филимон пошел на автовокзал и в восемь утра сел на автобус Тамбов — Пенза. Он решил вернуться, в Саратов тем же путем, которым выехал. Автобус тронулся. Пассажиров было немного — восемнадцать человек. Впрочем, уже девятнадцать. Автобус начал подниматься по асфальтированной дороге вверх.

Филимон увидел перечеркнутый красной полосой указатель — Кирсанов. Значит, до Пензы осталось около трех часов.

Сидя на корточках, Граф неторопливо закручивал гайки на заднем колесе. Чуть впереди, рассматривая наклеенные на дощатом заборе объявления, стоял Зубр. Держался спокойно, и это понравилось Графу. Конечно, все делалось наобум. Они даже не знали, как выглядит машина, которая повезет деньги. Весь расчет Граф построил на том, что Зубр узнает кассира, подругу своей сожительницы. И как только подаст знак, они начнут действовать.

Пропустить их для того, чтобы потом детально подготовиться к налету, Граф не мог. Хотя бы потому, что зарплату почти везде задерживали на три, а то и более месяцев. В том, что все пройдет чисто, он не сомневался. Четыре выстрела, удар рукояткой по стеклу, достать мешок с деньгами на мотоцикле сто метров по узкой поросшей травой нежилой улице вправо. Затем влево, снова вправо и вниз к реке. Мотоцикл в воду, на моторку и по реке до Лунино. Там на вокзал… Увидев притормозивший светлый «москвич» и сунувшего руку в карман Зубра, Граф рывком затянул последнюю гайку, сунул руку за пазуху и встал. «Москвич» приближался. Зубр бежал почти вровень с ним. Напротив стоявшего на тротуаре мотоцикла «москвич» напоролся передними колесами на прикрытые черным полиэтиленом тонкие шипы. Громкий хлопок взорвавшихся шин и первые выстрелы бандитов слились в один грохот.

— Валим! — заорал от мотоцикла Зубр. — Я этих сделал! — имея в виду стрелков из «жигулей». Граф мощным рывком вытащил на асфальт тело мертвого охранника и бросился к мотоциклу.

— На кой ты его? — спросил Зубр.

— Пусть думают, что это он их расшмалял! — подбегая, объяснил Граф. Грубо выматерившись, бросил дипломат Зубру. — Ходу! — крикнул он и побежал между железных гаражей вправо.

— Ты чего?! — бросаясь за ним, спросил Зубр.

— Колесо пробито! За мной! — перепрыгнув железную изгородь, Граф продрался через кусты акации и выскочил к небольшой огороженной дощатым забором стройплощадке. Перебросив через забор мешок с деньгами, рывком забросил ноги на верх забора и прыгнул.