Когда закон бессилен

Знаменский, подойдя к дому, в котором жили Галя и Граф, остановился, посмотрел на окна Галиной квартиры. Вздохнул и пошел дальше. Неторопливо шагая по тротуару- достал из кармана пиджака плотный конверт.

«Вот и все, — усмехнулся он. — Жил-был смотритель смоленского музея и вот умер. Сердце слабенькое оказалось. Вот так когда-то и я крякну, — с неожиданной тоской подумал Виконт. — Полжизни в лагерях. Сын взрослый, а я его почти и не знаю. Хорошо, фотографию, когда освободился, у бывшей жены взял, — усмехнулся он. — А то бы и не узнал. А он меня сразу признал, — довольно улыбнулся Альберт Кириллович.

 — Может, завязать со всем? — подумал он. — Устроюсь дворником. И хату сразу дадут. Ну да, — с негодованием отверг он эту мысль. — Виконт двор подметать будет. Вот знакомые повеселятся», — он криво улыбнулся.

Увидев выходящих из подъезда четверых дюжих парней, напрягся. Уселся на лавочку, с безучастным видом уставился в сторону. Он интуитивно почувствовал, что эти молодые люди — сотрудники милиции. Четверо сели в стоявшие у подъезда «жигули».

«Из квартиры Графа вышли, — понял Знаменский. — Неужели взяли Витальку? — с сожалением подумал он.

— Если из того, что я слышал, хоть половина правды, вышак Графу светит. А сейчас даже расшмалять путем не могут», вспомнил он где-то прочитанное, что приговоренные к расстрелу по году ждут исполнения приговора. Знаменский поежился. Это каждую ночь в течение года вздрагивать от каждого звука за дверью камеры. Задрожавшими руками Знаменский достал сигарету. Во двор быстро въехала какая-то иномарка и, взвизгнув тормозами, остановилась у подъезда.

«Нахапали коммунисты при СССР, — усмехнулся Виконт.

 — Теперь даже внуки на иномарках катаются».

Из машины вышел молодой длинноволосый парень и открыл заднюю дверцу. Знаменский, не донеся сигарету до рта, замер. Из машины вышла молодая женщина. Следом за ней — Павлик. Взяв мальчика за руку, она быстро повела его в подъезд. Уронив сигарету, Виконт вскочил и быстро побежал к подъезду.

— Куда прешь, старый? — загородив собой входную дверь, буркнул здоровенный парень.

— Живу я здесь, — нашелся Альберт Кириллович.

— Погоди трохи, — амбал зевнул. — Или чайник выключить забыл? — насмешливо спросил он.

Виконт растопыренными пальцами ткнул его в глаза и рванулся вперед. Амбал взвыл, прижал ладони к глазам и закрутился на месте. От иномарки за Знаменским бросились двое рослых парней. Прибежав на площадку, Альберт Кириллович увидел, что женщина открывает дверь Галиной квартиры.

— Тихо, шкура! — подскочив к ней, свирепо произнес он. — Завалю! — ив подтверждение своих слов ткнул ее под лопатку ногтем большого пальца. Услышав позади топот, он отдернул от двери притихшего Павлика и крикнул.