Конец сказки

– Удаль молодецкую покажем, силушку древнюю, силушку велетскую! – расхохотался Соловей.

– Р-рав!.. Загррызем!.. Аррм!.. Аррм!.. Глотки выррвем!.. Аррм!.. – взлаял Репрев.

Царь Кащей слушал очень внимательно. Сам помалкивал пока что. В войске он темник, наиглавнейший, и заднее слово всегда за ним – но сейчас он хотел послушать своих воевод.

Четверо их у Кащея. Каган Тугарин, хан Калин, вожак Репрев, да Соловей по прозванию Разбойник. Тугарин ведет в бой людоящеров, Калин – татаровьев, Репрев – псоглавцев. Соловей же ведет прочих всех. Тех, что с бору по сосенке. В первую голову братьев-велетов – их хоть и всего-то трое, да эти трое дружины целой стоят.

И Великий Тодор еще. Этот в сторонке немного. Кащей ему не господин, а скорее товарищ ратный. Пособит Великий Тодор сколько-то, а там отбудет со своими гридями восвояси.

Явились на совет и горный карла Сам-с-Ноготь, а также старейшины хазар, самояди, караконджалов, шуликунов и черных муриев. Но эти все уже так, только ради приличий соблюдения.

Горные карлы сами воевать не будут, эти больше по части снабжения. А остальные не слишком многочисленны. Помощь и от них случится, конечно, но не такая, чтоб ход битвы переломить.

Старейшины ртов почти и не раскрывали. Речи вели воеводы. Хотя и сводились все их мудрые мысли к «налететь, ударить, завалить толпой». Ни о чем более сложном они и не помышляли.

Не особенно-то хороши воеводы Кащея в вождении ратей. Как бойцы – превыше всяких похвал. Калин сызмальства на коне, сызмальства с саблею. Тугарина средь людоящеров одолеть мог только Драхотопул-изгнанник. Репрев стал вожаком по праву сильнейшего. Про Соловья и говорить нечего.

А вот именно как полководцы – ничего выдающегося.

Опыта им недостает, дела реального. Кащей-то давно уж больших войн не вел. Набеги были всякие, налеты, стычки междоусобные. А настоящих войн – кошки наплакали.

Где же тут умения набраться?

Этой зимой Кащей даже выдал всем четверым книжицы ученые. «Гипомнемату», где македонский царь Александр излагал планы своих походов. Семикнижие «Записок о Галльской войне». Трактат ученого Вегеция Рената. И даже книгу хинского мудреца Суня.

Пусть хоть теории набираются, если практики добыть негде.

Теперь он окинул воевод ледяным взором и спросил:

– Прочли ли вы те книги, что я вам дал?

Воеводы заерзали.

– Вельми буквиц было, не превозмог…

– Аррв!.. Аррм!.. Сложно!.. Тррудно!.. Аррм!.. – рыкнул Репрев.

– А я свою прочел, – пророкотал Тугарин. – И словно в лужу смрадную окунулся. Все лишь о том, как противников между собой ссорить, да в спину им потом бить. Не знал чести тот, кто такое писал.

– Нижайше полагаю, что не годятся для нас советы мертвых греков и латинян, – вкрадчиво добавил Калин.