Небо в рублях

– Вам кого?

– Не бойтесь, я всего лишь хрупкая женщина, не сумею вас обидеть.

– Вам кого?

– Где работает Галя? Назовите адрес.

– Она на службе, будет после полуночи.

– Я это уже слышала, мне нужно название конторы.

– Она на службе, будет после полуночи.

Сзади зашуршал лифт, потом послышался цокот каблучков, но я не стала оборачиваться, боясь отвлечься и пропустить какую-нибудь полезную информацию.

– Очень хорошо поняла, что Гали нет дома, подскажите, где она трудится.

– Она на службе, будет после полуночи.

– Господи, я прошу лишь адрес!

– Вам кого?

– Галю!!!

– Она на службе, будет после полуночи.

В изнеможении я прислонилась к стене.

– И давно вы так беседуете? – раздалось рядом мелодичное сопрано.

Я повернула голову, увидела маленькую толстенькую брюнетку в слишком обтягивающем фиолетовом платье и ответила:

– С полчаса, наверное. Сейчас лишь догадалась: в квартире, скорей всего, установлена последняя техническая фишка – магнитофон, реагирующий на голос с лестницы.

Толстушка засмеялась:

– Отчасти верно. Но на самом деле это баба Нюра старается, только думаю, она глупее кассетника. Совсем старуха из ума выжила, прямо беда! Галка ее запирает, плиту отключает, воду перекрывает, окна загораживает и постоянно бабу Нюру лекарствами пичкает, надеется, та хоть слегка в себя придет. Да зря все, от старости таблеток пока не придумали.

– Похоже, Галя хорошая внучка, – пробормотала я.

– Вообще, святая, – кивнула соседка. – Баба Нюра ей никто, просто соседка. Правда, они вдвоем всю жизнь живут, сроднились, но все равно, другие ведь и родных матерей с отцами бросают.

– Вы знаете Галю?

– Конечно.

– Может, в курсе, где она работает?

– Рядом тут, за углом, парикмахерская. Вернее, теперь она называется салоном красоты, но лучше от этого не стала, – язвительно сообщила брюнетка. – Галя маникюр делает, только не знаю, насколько хорошо, я ее услугами не пользуюсь.

– Спасибо! – крикнула я и бросилась к лифту.

– Она на службе, будет после полуночи, – донеслось из-за плотно закрытой створки. Баба Нюра привычно отреагировала на шум за дверью.

Парикмахерская на самом деле оказалась совсем рядом, буквально в двух шагах. Я вошла внутрь довольно просторного помещения, отметила, что посетителей тут не наблюдается, и спросила у тоскующей за столом рецепшен женщины:

– Можно Галю?

– Маникюршу?

– Да.

– Галка! – взвизгнула администратор. – Подь сюда, клиентка ждет!

Прикрывавшая одну из арок занавеска зашевелилась, и передо мной появилась маленькая худенькая тетечка неопределенного возраста. Шла она как-то странно, боком, чуть волоча одну ногу. На серо-бледном личике Гали застыло выражение легкого испуга, на губах играла заискивающая улыбка. Так выглядит наша Жюли, когда написает на пол у камина.