Наркомафия

Сыщик коротко постучал в дверь кабинета коммерческого директора.

Крупин сидел за столом, писал и левой рукой потирал ежик светлых волос, словно пытался помочь голове соображать лучше.

– Ну? – сказал он, не глядя на дверь. – Что еще нового?

– Здравствуй, Егор, – Гуров не опустился в кресло, взял стоявший у стены стул, переставил и уселся верхом.

Крупин поднял голову, закрыл лежавшую перед ним папку.

– Здравствуйте. Не помню, чтобы мы пили на брудершафт.

– Все впереди, Егор. – Гуров обретал форму. – Скажи, дружок, ты был близок с Григорием?

– Я вам не дружок! – огрызнулся Крупин. – С Гришей мы приятельствовали, помимо службы виделись редко. В день убийства, то есть позавчера, я днем заходил проведать больного, о чем сообщил следователю прокуратуры.

– А чего ты на меня бросаешься? – Гуров пожал плечами. – После убийства Ивана Сидоровича пытался меня ударить, сейчас ругаешься. Нехорошо.

– А убивать людей хорошо? Вы служба безопасности…

– Не забудь добавить, какие деньги мне платят, – перебил Гуров. – Раз уж ты сам заговорил о допросе, то скажи, дружок, тебя спрашивали в прокуратуре, где ты находился в момент убийства?

– Спрашивали, и вам повторять не собираюсь.

– Повторишь, куда денешься? – усмехнулся Гуров, который умышленно выводил парня из себя, хотя минуту назад такого замысла у сыщика не было. – Я читал протокол твоего допроса, но память подводит. Повтори, приятель, не сочти за труд.

– Повторю, но ловушки вы расставляете не на убийц, а на грудников, а еще знаменитый сыщик!

– Я не еще, я только знаменитый сыщик.

– Мне неизвестно время, когда убили Григория, – Крупин говорил спокойно, четко выговаривая слова. – Вечером я находился дома, жена может подтвердить.

– Жена свидетель слабоватый, да бог с тобой! – Гуров неторопливо достал сигареты. – Закурим?

– Пока на свободе, свои имеются, – Крупин взял со стола «Мальборо».

– Не складывается у меня служба на новом месте, – Гуров подхватил стул, передвинулся ближе к столу, чтобы можно было дотянуться до пепельницы. – Бухгалтера застрелил дешевый наемник, которого мгновенно ликвидировали. Но кто дал команду и почему? – Он резко сменил тон, говорил мягко, доверительно. – Я в коммерческих делах не смыслю, но причина в ваших делах, а ты коммерческий директор. Скажи?

Гуров не считал, что бухгалтера убили из-за нарушений обязательств, лишь проверял реакцию собеседника.

– Да мы тут все вместе мозги свихнули, понять не можем. Мы никому не должны, обязательства свои выполняем. – Крупин снова провел ладонью по волосам. – Понятия не имею, кто был заинтересован в смерти Ивана Сидоровича.

– Его убил наемник, а Байкова – близкий человек. – Сыщик говорил тихо, вынуждая Крупина вслушиваться, напрягаться.