Неслучайная ночь

Когда Баринов скрылся, Ульяна хотела усесться обратно на песок, но вовремя сообразила, что влажный подол сразу испачкается, и опустилась на быстро высохший борд. Уходить с моря она решительно не хотела. Тут ей было и спокойнее, и занимательнее, чем в компании пусть и интересных людей. Смотреть на море, небо, песок под ногами, слушать плеск волн, крик чаек, шум ветра и думать о своем, о чужом, ни о чем – что может быть лучше? Да, ей понравились все, с кем она вчера познакомилась (одна Диана нет, но Ульяна находила ее очень любопытным человеческим экземпляром и с интересом за ней наблюдала), но от общества людей она быстро уставала. Особенно от мужского. И никак не могла отделаться от дурной привычки ставить «диагнозы». Ненароком следила за каждым и пыталась понять, почему он стал именно тем, кем стал. И если про Ветра, Славу и Марка ей все было более-менее ясно, то Егор непонятен до сих пор. И хоть ее неприятие сменилось симпатией, Баринов по-прежнему воспринимался как «темная лошадка».

Сначала Ульяна решила, что тот женоненавистник. Или того хуже – мизантроп. А возможно – трус, который боится жить в собственное удовольствие и все ставит, ставит перед собой барьеры, оправдывая это инстинктом самосохранения. Но сейчас она уже так не думала. К людям Егор нормально относится, и женщин вроде любит, и ничего не страшится. И все же, как черепаха, постоянно прячется в свой панцирь. Интересно, всегда таким был или кризис среднего возраста с ним злую шутку сыграл?

Про этот растреклятый кризис Ульяна знала много. Когда встречалась с Юрой и некоторые его поступки казались ей странными, она пыталась понять, что происходит с любимым. Естественно, и думать не думала, что тот ее обманывает или прячет от своих знакомых, и, когда Юра покидал ее квартиру по-английски (много раз она засыпала в его объятиях, а просыпалась одна), искала объяснения и находила всегда разные. То ей казалось, что он просто ее не любит, то думала, что Юра любит очень сильно и боится к ней привязаться. А его маниакальная тяга к недорогому рабоче-крестьянскому быту в некотором роде заскок. Иначе зачем же покупать пижонское и неприлично дорогое авто, если тебя тошнит от всех атрибутов роскоши?

Ульяна тогда много специальной литературы перелопатила. Все надеялась в учебниках по психологии ответы на свои вопросы найти. Однако еще больше запуталась. Но однажды прочла в журнале, который листала по пути в Краснодар, статью о кризисе среднего возраста и решила: у Юры, должно быть, именно он, вот любимый и ведет себя столь необъяснимо. «Что такое кризис среднего возраста? – писал автор. – Это когда мужчина тридцати семи – сорока трех лет начинает метаться, будто не зная, куда себя деть.