Нерушимый 7

Гусак посмотрел на обилие приборов, на застывшую над нами официантку и проворчал:

— Ненавижу, когда так нависают. Кусок в горло не идет.

— А мне пофиг, — сказал Левашов и принялся накладывать разные салаты одной вилкой, той же вилкой ковырнул запеченную форель и поддел лобстера.

Началось пиршество. Следующий тост был за будущие победы. За команду. Я лишь мочил губы в шампанском, но взял бутылку: «Коронационное». Красиво жить не запретишь. Вот только парни хлещут элитное игристое, как дешевое вино.

Наши разогрелись, загудели. Заиграла музыка, которая становилась все громче. Микрофон Радин отодвинул в сторону, музыканты сдвинулись к стене, и на сцену вышла дама и кавалер, одетые на манер девятнадцатого века, закружились в вальсе.

Я заметил, как зал на втором этаже начал наполняться посетителями — дамами в вечерних платьях и кавалерами в дорогих костюмах. Поначалу они просто сидели за столиками, потом стали выходить на балконы, глазеть на нас и незаметно фотографировать.

Когда пара оттанцевала, к микрофону снова вышел Радин и прорекламировал шампанское, которое мы пьем, а потом похвалился, что эта форель чуть ли не им собственноручно поймана в хозяйстве, создание которого он инициировал. Наверное, и озеро выкопал, молодец какой.

Наши немного поддали, и им было хорошо, Колесо склеил симпатичную блондинку, а до меня начало доходить, что светский раут — на самом деле не для нас, а для родственников и друзей Радина. Посмотрите, господа, какую диковинку я вам привез! Победоносный «Титан»! Димидко. Нерушимый. Хотеев. Будете фотографироваться с обезьянками?

Теперь ясно, почему шестой стул за каждым столиком пустовал: чтобы гости могли к нам подсаживаться.

Захотелось прямо сейчас взять и уйти, но было нельзя. Зато стало понятно, как сюда просочится Энн. Не утерпев, я подошел к столику, где сидели Тирликас, Димидко, наш врач и Гребко с Колесом.

— Лев Витаутович, можно вас на пару слов?

Он насторожился, кивнул, прихватил бокал с шампанским, и мы направились к выходу, но нас перехватил Радин.

— Товарищи, наружу лучше не ходить, там беснуются ваши фанаты. Если хотите подышать свежим воздухом, лучше подняться на третий этаж, он открытый, и вам там никто не помешает. Есть лестница, — он указал в направлении сцены, — но можете воспользоваться лифтом. — Радин кивнул на огромное зеркало, где я разглядел кнопки.

— Спасибо, — поблагодарил Витаутыч, и мы пошли к лифту.

— У меня скоро слипнется от его навязчивого сервиса. Все жду, когда гости нажрутся, глаза зальют и спустятся с нами фотографироваться и общаться.

— Надеюсь, до этого не дойдет, — сказал Витаутыч, и зеркало отъехало в сторону.

На крыше было промозгло и влажно. С моря тянуло водорослями и йодом.