Нерушимый 7

А поскольку среди нас кроты… хотя среди самородков — точно нет, мы лучше умрем, чем предадим своих.

— Именно поэтому те ребята покончили с собой? Чтобы не предать? Их шантажировали?

— Такая версия в разработке, — хрипнула она, принялась жадно пить.

Напившись, она продолжила:

— Ничего не обнаружили, никаких связей между убийствами. Кроме того, что все погибшие — телепаты, кроме одаренного. Выпиливают тех, кто может обнаружить предателей, расчищают поле деятельности. Замешан кто-то из высшего руководства.

— Я есть в вашей базе?

— Нет. Но о тебе знают. Надеюсь — знают те, кто на нашей стороне, иначе ты тоже под ударом. В прессе, естественно, об убийствах одаренных — ни слова. И верить нельзя никому.

— Все предупреждены? — поинтересовался я.

— Теперь да.

— Спасибо, Юль."

"Подумалось, как здорово, что никто не в курсе про Микроба и Дарину. Вот пусть и не знают как можно дольше.

— Наши всех трясут. И одаренных, и КГБ, но — никаких зацепок. Работают профессионалы… а я — не могу. Мне сразу хотели ногу оттяпать, но я убедила этого не делать. Думала, организм справится. Хоть и кривая нога, но своя…

Чувствуя, что может разреветься, Семерка отвернулась и вперилась в стену. Я мялся возле ее кровати, а взгляд то и дело падал на раздутую ногу. У нее были красивые ноги — длинные, стройные. Ладно мужику на протезе хромать, но девушке…

— Кажется, тебе пора идти, — прошептала она.

У нее есть родня? Они в курсе? Есть кому о ней позаботиться и быть рядом в трудный час? Что я могу для нее сделать?

Семерка усмехнулась, все так же глядя в стену, я ощутил прикосновение к разуму и, видимо, не успел спрятать мысли.

— Им незачем знать. Обо мне заботится государство. Все мы, самородки, по сути безродные. Отдаляемся от родственников, находим родных по духу. А ты… просто запомни меня такой, какой я была.

И вдруг меня осенило: Рина! С ее талантом она может остановить воспаление! Но я быстро спрятал мысль.

— Когда операция? — спросил я и подумал, что, если сегодня, то могу не успеть.

— Сутки ждем, если положительной динамики не будет, завтра утром. Жаль, я молиться не умею.

— Да я тоже не особо.

— Хотела попросить свечку поставить за здоровье или как там.

Я сжал ее руку.

— Ты сохранишь ногу. Я попытаюсь помочь.

Видимо, в моем голосе было столько уверенности, что она подняла голову, посмотрела в глаза с надеждой.

— Как?

— Есть одно средство. Типа как свечку поставить, но эффективнее.

Я замолчал, колеблясь, говорить ей или нет. Не скажу. Вдруг Дарина пошлет меня к черту, ведь Семерка ей никто — зачем помогать какой-то незнакомой женщине, рискуя засветиться? Да и не факт, что ее способностей хватит срастить раздробленные кости.

— Ты говоришь загадками, — вздохнула Семерка.

— Просто результат зависит не от меня.