Неуловимый граф

Он размышлял, не это ли тот хитрый способ, который должен привести Калисту в его объятия, но, к сожалению, он был лишен удовольствия услышать разговор, который несколько раньше произошел между девушкой и ее матерью.

— Вчера вечером за обедом ты опять села не на то место, — сурово выговаривала дочери леди Чевингтон. — Точно так же ты поступила и накануне. Тебе прекрасно известно, что я собиралась усадить тебя рядом с графом.

— Простите, мама, — ответила Калиста, — но мне очень хотелось сесть рядом с лордом Джорджем Бентинком, и я подумала, что вы не будете иметь ничего против, если я поменяю карточки.

— Я категорически против, — отрезала леди Чевингтон. — У меня было продумано все до мельчайших подробностей, и, как ты прекрасно знаешь, я хотела, чтобы ты побеседовала с графом Хелстоном.

— Вы ведь уже расстались с нелепой мыслью о том, что я могла бы стать женой графа, не правда ли? — спросила Калиста.

— Мысль эта вовсе не нелепа и не абсурдна, и я, без сомнения, собираюсь выдать тебя замуж именно за него, — возразила ее мать.

— В таком случае, могу вам твердо пообещать, что вы будете разочарованы, мама. У меня нет желания выходить замуж за графа, и, как известно, его тоже не интересуют молоденькие девушки вроде меня.

— Со временем молоденькие девушки превращаются в замужних женщин, Калиста; именно это вскоре произойдет и с тобой.

— Сомневаюсь, мама, и уж, во всяком случае, превращением этим я буду обязана не графу Хелстону.

Леди Чевингтон поджала губы.

— Ты будешь держаться с ним очень мило и приветливо, Калиста, и ты обязательно должна танцевать с ним сегодня вечером.

— Мне очень жаль, мама, но мне кажется, у меня не будет сегодня ни желания, ни настроения танцевать с кем бы то ни было.

— Что ты хочешь этим сказать?

— У меня ужасно болит горло. Нос тоже совершенно не дышит, и боюсь, что подхватила простуду.

— Я не верю ни одному твоему слову! — возмутилась леди Чевингтон. — Во всяком случае, лучше тебе прилечь перед обедом. Я хочу, чтобы вечером ты хорошо выглядела.

— Надеюсь, мне не придется огорчить вас, мама, — сдержанно заметила Калиста.

Через два часа, когда леди Чевингтон приветствовала в зале своих гостей, к ней подошел дворецкий.

— В чем дело? — недовольно спросила она.

— Мисс Калиста просила передать вам, миледи, что ей нехорошо, и она чувствует себя такой простуженной, что не в силах спуститься вниз и обедать вместе со всеми сегодня вечером.

С минуту леди Чевингтон стояла молча, не двигаясь, губы ее сжались в узкую полоску.