Обратный отсчет

— Так я прошел водительский тест или как?

— Ездить умеешь, — суховато ответил Николай. — Все, пошли представляться.

Угу… А как-то не получается у нас пока что теплой дружбы. Почему так? Я вроде бы всеми фибрами души — навстречу, человек-то нужный, значимый, с таким надо приятельствовать…

Внутри было хорошо. Внушительных размеров холл, сводчатый потолок, без всякой лепнины, просто чисто выбеленный, разноцветный паркет, никаких тебе дорогущих гобеленов и неприличных персидских ковров (а вообще, ожидалось что-то именно такое), цветные занавески из толстого натурального холста, палас, кажется, неокрашенной шерсти, могучий грубый камин из крупных камней, с дровами, но без огня…

Очень уютно.

И тихо, как в склепе… Слышно, как мерно тикают старинные часы — высотой в человеческий рост, как караульный гвардеец, примостившиеся справа от широченного коридора, убегающего прямо от центра холла куда-то в глубь здания.

У меня сложилось такое впечатление, что я попал в какое-то присутственное место. Понимаете, уютно тут было, все здорово — нам, простым смертным, так никогда не жить, но… Не было ощущения дома.

Казалось, что все это казенное. Даже и не знаю, почему — я не Костя, не могу вот так запросто разложить по полочкам свои мимолетные ощущения.

По обеим сторонам коридора, метрах в пяти от выхода из холла — две совершенно одинаковые дубовые двери. Расположены они одна напротив другой, и знаете, глядя на них, возникает такое странное чувство… Будто они смотрят друг на друга, насупившись, исподлобья и вообще враждебно…

На диване желтой кожи, у потухшего камина, сидел, положив нога на ногу, солидный мужчина лет пятидесяти — в темной «тройке», накрахмаленной белой рубашке и черных лакированных туфлях.

Вензелей «РГ» я на нем не заметил, зато обратил внимание на добротно серебрившиеся виски. Как червленое серебро на запонках и заколках у секьюрити. Не иначе товарищи в тон подбирали.

Мужчина читал газету, когда мы вошли, лишь едва взглянул в нашу сторону.

— Ну что там? — негромко, почти шепотом спросил Николай, покосившись в сторону коридора.

— Да пока нормально, — так же тихо ответил мужчина.

— Да тебе, поди, доложили…

— Сказали, что уехал сорок минут назад.

(Ага, Азаров, стало быть, — это доктор. Кстати, такое впечатление, что разговаривают, как у дверей палаты, где лежит больной человек…)

— Ну, часа полтора был. Завтракали вместе.

— Да нет, сам. Но напоследок изругала последними словами. Самому, говорит, нужен доктор. И не психиатр, а патоанатом. Хе-хе…

— Ну, значит, все в порядке. Я вот тут человечка привез…

— Угу… — мужчина встал с дивана, аккуратно сложил газету и поправил галстук. — Как доложить?

— Новый водитель. Вместо Савченко.