Обратный отсчет

Понимаю, что тема неблагодарная, и суровые борцы со злом могут за это дело кинуть обломок кирпича в мою сторону… Но нам с вами все же придется об этом поговорить. Потому что, как скоро вы сами сможете убедиться, это будет нужно по сюжету. Однако обещаю: беседовать об этом мы будем строго в рамках темы и постараемся избегать ненужных подробностей и совсем уж пикантных деталей.

Скажем сразу: жену свою Лев Карлович Сенковский любит не ввиду ее сословной принадлежности и, как следствие, большой личной полезности, а просто так. Потому что любит.

Более того, справедливости ради следует уточнить: Лев Карлович у нас однолюб, жена для него — самый близкий и дорогой в мире человек, и он запросто готов умереть ради нее. То есть в этом плане никак нельзя сказать, что он конченый мерзавец и сволочь. Напротив, отличный семьянин и душка.

Супруга у Льва Карловича, как он сам считает, — это его самый большой выигрыш в вечном соревновании с капризной судьбой. Чудо как хороша, стройна не по годам и, что странно для красавицы, — умница, характер добрый, душевно тонка и благонравна и любит супруга примерно так же, как он ее.

Иначе, спрашивается, зачем бы ей, великосветской даме, выходить замуж за какого-то там невесть откуда затесавшегося в приличное общество заштатного математика? И не просто выходить, а с жутким скандалом на грани разрыва отношений со всей родовитой и многочисленной семьей!

Но давайте короче — переходим прямо к этому самому.

Тут с самого начала супружеской жизни у Льва Карловича были определенные сложности. Супруга его воспитывалась в старозаветном стиле Гумилева и Ахматовой (а по материнской линии доводилась родственницей М.

Волошину) и по поводу этого самого имела совершенно однозначную и категорическую точку зрения. Вот вам точка: секс — это венец любви, вершина близких отношений, и оформлен он должен быть исключительно как величайшая драгоценность — в очень привлекательную и дорогую упаковку. То есть как минимум — ужин при свечах в самом респектабельном ресторане (после посещения театральной премьеры), вечерняя прогулка на яхте, пара корзин роз и обязательное проявление творческого экстаза: сонет, посвященный именно этому вечеру, как яркому и незабываемому событию.

Эта весьма обременительная традиция блюлась Натальей Марковной неукоснительно, без выходных, отпусков и просто перерывов на внезапные вспышки страсти. Достаточно сказать, что сразу после медового месяца супруги стали ночевать в разных спальнях и где-то с полгода немного конфликтовали: Лев Карлович пытался бороться за право на упрощенный порядок исполнения супружеских обязанностей.