Песнь об Ахилле (ЛП)

Он был немолод, насколько я мог судить, лицо его обрамляла аккуратно подстриженная черная борода.

Несколько мгновений он смотрел на Ахилла. — Не нужно преклонять передо мной колени, Пелид. Но мне приятна твоя учтивость. И что же это за сотоварищ, который нас обоих задержал?

Ахилл повернулся опять ко мне и протянул руку. Я неуверенно подал свою и поднялся.

Повисла тишина, я знал, что теперь мой черед говорить.

— Господин, — сказал я. И поклонился.

— Я не господин, Патрокл Менетид.

Я вздрогнул при имени моего отца.

— Я кентавр и наставник людей. Имя мое Хирон.

Я сглотнул и кивнул головой. Я не смел спросить, как он узнал мое имя.

Его глаза изучали меня. — Я вижу, ты утомлен. Тебе нужна вода и пища. Путь до моего жилища на Пелионе слишком тяжек для тебя. Потому мы поступим иначе.

Он повернулся, и я постарался не слишком пялиться на его лошадиные ноги.

— Поедете на моей спине, — сказал кентавр. — Обычно я не предлагаю такого при первом знакомстве. Но должно порой делать исключения. — Он помолчал. — Полагаю, вы оба учились ездить верхом?

— Жаль. Забудьте чему вас учили. Я не люблю, когда сжимают ногами бока или погоняют пятками. Один из вас будет держаться за меня, а тот, что сзади, будет держаться за переднего. Почувствуете, что падаете — дайте знать.

Мы с Ахиллом обменялись быстрыми взглядами.

Он сделал шаг вперед.

— Я опущусь на колено, — конские ноги подогнулись, опуская кентавра в пыль. Спина у него была широкой и чуть влажной от пота. — Держись за мою руку, — говорил кентавр. Ахилл так и сделал, перебросил ногу и уселся.

Теперь был мой черед. По крайней мере, мне не выпало сидеть впереди, где кожа переходит в бурую шерсть. Хирон протянул мне руку и я ухватился за его предплечье. Оно было мускулистое, толстое, покрытое черными волосами, ничуть не похожими на те, что росли на его конской половине. Я уселся, ноги мои обхватили его спину, их пришлось раздвинуть очень неудобно широко.

— Встаю, — сказал Хирон. Движение его было плавным, но все же я схватился за Ахилла. Хирон был вполовину выше обычной лошади, и ноги мои оказались так высоко, что мне стало не по себе. Рука Ахилла легко лежала на животе кентавра. — Будешь держаться так слабо — упадешь, — сказал кентавр.

Мои пальцы вспотели, сомкнувшись в замок на груди Ахилла. Я и на миг не смел расслабиться. Ход кентавра был не так плавен, как у лошади, да и дорога была неровной. Я же то и дело съезжал по скользкой от пота конской шерсти.

Тропы я не видел, но мы мягко взбирались вверх сквозь лес, несомые осторожными уверенными шагами Хирона. Я вздрагивал от каждого толчка и невольно сжимал коленями бока кентавра.

Пока мы ехали, Хирон показывал нам, мимо чего мы проезжали, все тем же уверенным ровным голосом.