Пиранья. Бродячее сокровище

— О чем это он? — спросил Мазур.

Кристина прислушалась:

— Трудно объяснить, раз ты не знаешь испанского и местных словечек… Учено выражаясь, непереводимая игра слов. Высмеивает русского лидера, которому опять забыли поменять батарейки…

Сама она улыбалась во весь рот — судя по реакции зала, диктор и впрямь отмочил нечто юморное. Мазур с мнимой беззаботностью смотрел на экран, где смертельно больной, никаких сомнений, человек с величайшим трудом пытался связать пару слов и сделать пару простых движений.

Но куда денешься от этого саднящего стыда, глядя на беззаботно кривлявшегося паяца и живой манекен за его спиной, что-то там шамкавший не в такт мимике…

— Ужас, правда? — весело спросила Кристина. — Честное слово, мне их жалко.

— Почему? — как мог беззаботнее спросил Мазур.

«Это нам следовало бы завоевать эту долбанную страну, — сердито подумал Мазур. — Поскольку погрязла в самом неприкрытом разврате: банановая республика, американские марионетки, а меж тем в средней руки кабаке красуется цветной ящик, который не у всякого секретаря обкома сыщется. И любой — любой, вроде меня! — может в пять минут за смешные деньги снять отдельный домик с садиком, пусть и крохотным, и жить там с девушкой, не предъявляя никому ни паспорта со штампом о браке, ни прописки. Форменный разврат, нет на них единственно верного учения, нет на них парткомов, женсоветов, вечерних университетов марксизма-ленинизма и определяющего года решающей пятилетки…»

Как мог естественнее Мазур ответил:

— Представил, что мог бы стать таким вот… — и кивнул на огромный цветной экран.

— Действительно, ужас… Нет уж, предпочитаю погибнуть в расцвете лет. Неожиданно, как от молнии. Идешь по улице — а по тебе вдруг шарахнут из пулемета… И ничего не успеваешь понять. Здорово, верно?

«Дура, — подумал Мазур мрачно. — Салажка. Вообще-то в этом есть своя сермяжная правда, но вот насчет того, что это здорово — сильно сомневаюсь. Просто-напросто ни по тебе, ни по твоим друзьям и знакомым, ручаться можно, в жизни не лупили из пулемета. А это, между прочим, процесс не из приятных…»

— Здорово, — поддакнул он механически. — А еще лучше — атомной бомбой по макушке, чтобы уж наверняка… тебе здесь еще не прискучило?

— А что? — ответила она прямым, откровенным взглядом. — У тебя возникли идеи получше?

— Сам не знаю, как их назвать, — сказал Мазур. — Идея у меня проста: расплатиться с этим предупредительным юношей в белом, поймать такси и ехать домой, дама против?

— Дама не против, — медленно сказала Кристина. — У нее есть одно уточнение: она была бы не прочь сначала погулять по ночным улицам, согласно классическим канонам… Традиции ради.