Плевать на все с гигантской секвойи

 – Что ж, сынок, теперь я твой папа, с этим не поспоришь!

Черт побери, просто сцена из какого-то слюнявого фильма, но в жизни и впрямь пробирает до слез… Он посмотрел в глаза мальчику, в них читался такой восторг и такая любовь, что он не удержался, обнял Мишку, прижал к себе и сглотнул подступивший к горлу комок.

Когда же они сели в машину, Мишка сказал:

– Папа, знаешь, я, наверное, объелся пирожными.

– Живот болит? Или тошнит?

– Нет, просто я сейчас съел бы соленый огурчик.

– Мишка, друг! – пришел в восторг Михаил Петрович. – Я и сам думаю, где бы огурчик раздобыть! Может, заедем на рынок, а?

Они ходили вдвоем по рынку и пробовали огурцы.

– Пап, вот эти суперские! – объявил наконец Мишка.

– Согласен, берем! Слушай, а мама любит соленые огурцы?

– Она любит малосольные!

– Значит, купим ей малосольных.

– А еще мама любит ноготки! – сказал Мишка при виде торговки с яркими, оранжевыми букетами.

Они купили целый ворох ноготков.

– Хорошо, что ты мне сказал… Слушай, а что еще она любит?

– Еще она любит семечки.

– А что любит Алюша?

Так хорошо, что даже страшно, думал Михаил Петрович на обратном пути.

Только бы ничего не случилось… Да ерунда, почему обязательно должно что-то случиться? «Мать умрет, а сын тебе останется!» Так вот что имела в виду «бзиканутая» ветеринарша! Марина умрет? У него все внутри оборвалось. Глупости, почему она должна умереть, молодая, здоровая, цветущая женщина? Я бы своими руками удавил эту чертову старуху. Я же теперь не смогу жить спокойно. Сын мне уже достался, и что же? Жить все время, умирая от страха за любимую женщину? Это какой-то кошмар! Не зря, видно, в Средние века таких старух сжигали… Он прибавил скорость.

– Пап, а «БМВ» лучше, чем «Мерседес»?

– А ты «мерс» не хочешь купить? Или он слишком дорогой?

– Просто я люблю «БМВ», а почему, сам не знаю.

– А ты на «Феррари» катался?

– Катался. Но это спортивная машина, в ней не слишком удобно.

– Зато круто! Пап, а ты, когда в путешествие соберешься, меня возьмешь?

– Так я пока не собираюсь. Я, Мишка, в эти путешествия пускался не просто так…

– Ты, наверное, еще не поймешь… Бывает, иногда такая тоска на человека нападает, хоть волком вой…

– Откуда я знаю, от усталости, может быть, от однообразия жизни.

– Ничего себе! Это у тебя однообразная жизнь? Ты куда только не ездишь в командировки, и вообще!

– Ну, во-первых, так было не всегда, а во-вторых… Да я, Мишка, и сам не знаю…

Они подъехали к даче. Посигналили. На крыльцо вышла Алюша.

– Привет! – крикнул Мишка. – А мама где?

– Умчалась твоя мама!

– Куда? – в один голос воскликнули новоиспеченные отец и сын.

– Не докладывалась, – проворчала Алюша. – Кто-то ей позвонил, она сорвалась и уехала.

Михаил Петрович расстроился и испугался.