Пограничник. Том 1: На афганской границе

Парни, ехавшие снизу, почти сразу поподскакивали.

— Приехали, товарищи призывники! — Голосил Машко, — манатки свои в зубы и на выход!

Я тут же глянул на часы. Подходило пять утра. Стоит ли говорить, что я заблаговременно подвел их по душанбинскому времени.

Я натянул свитер, взял куртку и почти пустой вещмешок. Спрыгнул с верхней полки.

Лейтенант торопил нас высаживаться, потому и вагон покинули мы быстро. Построились снаружи, и Машко, в очередной раз принялся нас пересчитывать.

Я заметил, что остановились мы отнюдь не в городе. Это был небольшой безлюдный полустанок где-то в глуши.

Только почти черный в темноте газон урчал двигателем в сторонке да подсвечивал перед собой землистую дорогу.

— Ну вот и приехали, — прошептал мне сонный Васек Уткин. — Поспать бы еще. Интересно, сколько до отряда?

Я и так знал, где мне предстоит служить. Московский пограничный отряд ждал нас. Остальные призывники должны были оставаться в неведении по этому поводу, но слухи разнеслись быстро.

Пусть Машко и не хотел распространяться, но его сержант Свиридов уже давно проболтался по поводу места назначения. К концу пути ни у кого не было сомнения, что дорога нам лежит на советско-афганскую границу.

Ожидаемо не нашлось парней, распереживавшихся по этому поводу. Все стойко приняли свою судьбу.

После всего случившегося на поезде, Машко стал злой и нервный. Казалось, хотелось ему побыстрее отвязаться от нас. Или, по крайней мере, от меня. Не раз и не два старлей зыркал в мою сторону беспокойным хмурым взглядом.

— Значит, слушай мою команду! — Начал он перед строем, — как только поезд отойдет, всем загрузиться в машину! А до того, не разделяться! Стоять на платформе! Еще не хватало, чтобы по темноте кто из вас жопой на дикобраза сел!

— А тут что, дикобразы водятся? — Сглотнул Уткин.

— Водятся, — ответил я. — Даже вараны и кобры водятся.

— Еп твою… Кобры… — проворчал он немного испуганно.

— Да ты не боись, Вася, — начал Дима Ткачен. — Кобры твою шкуру не прокусят. А насчет дикобразов не знаю. У них вон иголки какие.

Поезд медленно застучал колесами и отчалил. Покинув приделы полустанка, он спокойно набрал скорость. Через пару минут лишь одинокий фонарь горел вдали.

Старлей повел нас к газону. По одному мы стали забираться в кузов.

Сам же Машко со своим лейтенантом залезли в кабину.

Ехали долго. Часа полтора нам понадобилось, чтобы добраться до расположения Московского Пограничного отряда.

Отряд расположился в небольшом поселке городского типа «Московский», и назван был именно по имени населенного пункта.

Было прохладно. Сидели мы в открытом кузове. Холодный ветер дул в коротко постриженное темечко. Кто-то курил. Кто-то болтал, стараясь пересилить рев двигателя пятьдесят третьего газона. Иные пытались подремать.