Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Мне в том королевский граф Сихарий своим распятым богом поклялся.

— Ну, раз поклялся, значит, так оно и есть, — согласно покивали головами владыки. — Не будет он врать, коли так. Бог накажет его.

— Выпьем владыки! — снова поднял чашу Прибыслав. — Вино из самой Бургундии. У меня его теперь много. А скоро и у вас много будет. Его не надо, как мед, сорок лет ждать. Его сюда теперь каждое лето возить будут!

Владыки с радостным гулом сдвинули чаши и влили в себя еще по кубку. Раз вина много, так чего его жалеть. Затуманенный разум — лучшее лекарство от суровой беспросветной жизни.

Лучин спал, и лишь терем владыки гудел, словно пчелиный улей. Владыки, дорвавшиеся до бесконечного количества вина, и не думали успокаиваться. То один, то другой выходил на улицу, чтобы сунуть два пальца в рот, опорожнить переполненное брюхо и вновь продолжить пировать. Еды было еще много, а вина еще больше. И позор великий будет гостям, если уедут с такого богатого пира, не съев и не выпив все без остатка.

— Пошли, что ли, старшой? — поднялся с лежанки Неждан. — Ночь упала. На улице, хоть глаз коли. Не видать ничего.

— Пошли, — согласился Вацлав, и сунул ноги в теплые туфли из козьей шкуры мехом внутрь. Их сейчас в Новгороде стали шить, укрепляя снизу подошвой из воловьей шкуры. И даже каблук небольшой на них был приделан рыбьим клеем, специально, чтобы в стремени нога не застряла. Ох, и хороша обувка стала, не то, что раньше! А что стоит дорого, так не дороже ног. Великое множество людей сгорело от того, что обморозили ступни в лютую зиму. Черная гниль поднималась потом вверх по ноге, убивая огненной лихоманкой незадачливого охотника или купца. Нет, для воина обувка и портянки — первейшее дело! Эти самые портянки из толстой ткани лично князь научил всех на ноги вертеть! Сколько воинов с тех пор хорошая обувь сберегла в походах, и не сосчитать!

Ночь и, впрямь, была безлунной, густо-черной, беспросветной, морозной. Воины, матерясь негромко, расположились в двадцати шагах от терема, благо до караула в этих землях еще никто не додумался. Ну, если бы и додумался, то как ты знатного воина, у которого собственный меч и шлем есть, поставишь на морозе чужой пир сторожить. Это же позор великий! Воины дружины вместе с владыкой пируют.

Не тот… Не тот… Не тот… Один за другим выходили гости на двор, чтобы облегчиться прямо тут же, а потом снова уходили в дом. Гости к образчику высокой столичной культуры, что стоял неподалеку, приучены не были.

— Он! — ткнул Вацлав в одинокую фигуру, которая, покачиваясь, пошла в сторону нужника. Прибыслав на ходу развязал завязки на штанах и встал в двух шагах от того места, куда направлялся. Не дотерпел, видимо. К нему скользнули три быстрые фигуры.