Правила бунта
Это не тот нежный, милый поцелуй, о котором я мечтала на совместных уроках английского. Это обжигающий, опустошающий, пожирающий душу поцелуй, и он горячее, чем я когда-либо могла себе представить. Потому что это? Это мой первый поцелуй. Мне не с чем сравнить.
Я должна так себя чувствовать? Словно маленькая часть меня отсутствовала всю мою жизнь, но встала на место в ту секунду, когда язык Дэша проскользнул в мой рот? Словно все вещи, которые не имели смысла до этого самого момента в моей жизни, внезапно появляются в фокусе с кристальной ясностью?
«Что ты делаешь, Кэрри? Что я тебе говорил? Никаких парней! Это опасная территория, и ты идешь вслепую…»
Предупреждение Олдермена парализует меня.
Я целую его в ответ. Что еще делать девушке, когда парень, в которого та влюблена так долго, целует ее так глубоко и так сильно, что она забывает основные законы вселенной?
Мне за ним не угнаться.
Я увлекаюсь. Руками нахожу путь к груди парня — крепким мускулам под мягкой, как масло, футболкой. Мой разум кружится от его твердости. Он чувствуется константой. Как безопасность и дом, хотя Дэш совсем не такой. Я втягиваю его нижнюю губу в рот и слегка прикусываю зубами. Низкий, удивленный рык вырывается изо рта Дэша и попадает в мой. В мгновение ока парень отстраняется, мягко убирает мои руки со своей груди. Соскальзывает с капота машины.
Какого хрена? Я... я чувствую себя так, словно мне на голову вылили ведро ледяной воды.
Взгляд холодный. Безжизненный. Пустой.
— И вот так просто тайна исчезла, — говорит Дэш. Наклонившись, он рыскает в высокой траве, а затем выпрямляется с бутылкой водки в руках.

















