Пробудившая пламя

Что она творит? – я точно знала, что боевых кораблей у нас гораздо больше, и те пять, что сейчас приближались к врагу, в моём понимании, просто подставлялись под удар.

И я не сомневалась, что такое малое количество кораблей, это решение Малис. Именно её фигурку на бушприте ведущего корабля я видела сквозь пламя зажженных не понятно для чего сигнальных огней на корабле.

– Подготовиться! По команде убираем большие треугольные паруса и разворачиваем носовые. – Кричала она, на уверенно выполняющую её распоряжения команду. – Подготовить якоря. Синд, начинай обратный отсчёт!

Самого Аргеса я не видела, а его помощник смотрел на Малис с непонятным мне азартом и восхищением.

Он зычным голосом, через равные промежутки времени, выкрикивал цифры. Корабль тем временем скользил в узкий проход между кораблями противника, почти проскочив строй судов.

– Якоря!!! – этот крик, наверное, долетел до гавани и порта.

Что-то тяжёлое плюхнулось в воду, подняв кучи брызг, и корабль развернуло на месте, по инерции он продвинулся немного вперёд. С учетом разворота получилось, что корабль Малис, и повторившие этот манёвр остальные, развернувшись проплыли немного назад, оказавшись с обоих бортов зажатыми между кораблями противника.

– Огонь! – заорала, перекрывая всё Малис.

Малые катапульты на наших кораблях сработали одновременно. В обе стороны от бортов полетели горшки со смолой, которые разбивались на палубе вражеских кораблей, разливающаяся смола мгновенно вспыхивала, место морского сражения затягивало дымом от горящих кораблей.

Пока противники наблюдали за действиями совершенно сумасшедшей ирлери, с другого бока к ним подошли основные военные корабли Геликарнака, в том числе и массивные морские тараны.

У них, в отличие от остальных, тяжёлый бронированный нос был опущен в воду. Врезаясь с ходу в противника, такой корабль просто проламывал обшивку и сминал вражеское судно.

Подняв опущенные для манёвра якоря, наши корабли отошли назад. Им никто не мешал, так как кто-то пытался бороться с пожаром, кто-то надеялся спастись вплавь, а кто-то уже не мог продолжать бой, столкнувшись с таранами.

Наши корабли заставляли противника смещаться ближе к башням, хотя насколько я помнила, с верхних галерей катапульты уже вполне добивали до линии противника.

Манёвр Малис с одного захода уничтожил весь боевой дух врага, а вместе с ударами таранов, её огневая стрельба почти свела на нет численное преимущество. Выдавленные к берегу суда тут же попали под обстрел береговой линии.

Вот тут я и поняла, чего так долго выжидали командиры катапультных расчётов, и почему Барлик не давал команду начать стрельбу.