Проект Деметра

Ведь если пересчитать кирпичи тоннеля, если помножить на его длину и высоту свода, выходило…

– Дошло? Поздравляю, – сухо бросил Радиш.

Эрлан и Роберган сидели напротив Шаха за столом. Просто два враждующих лагеря, – подумалось девушке. Села рядом с товарищем.

Лет на полуслове смолк, Лой отодвинулся и уставился в кружку с молоком, принялся ее усиленно крутить.

Эра и хотела бы, а не могла взгляда от его пальцев оторвать. И хотелось вернуться во вчерашнюю ночь, когда эти руки ласкали ее.

Эрлан удивленно и недоверчиво посмотрел на нее, и она улыбнулась, как нашаливший ребенок.

Мужчина чуть набок голову склонил: что происходит?

Шах светил улыбкой, глядя на Эрику, та с той же лучезарностью улыбалась Эрлану.

Роберган вперился в потолок взглядом, набрался терпения и почти ласково спросил:

– Может, пойдешь еще погуляешь, светлая?

"При тебе эти двое в олухов превращаются – не поговорить".

– Не-а, – улыбнулась еще шире. И понимала что дура дурой, но сдержаться не могла – млела от того что любимый рядом, эйфорию испытывала. – Но я тихо посижу, – решила успокоить лета. Тот фыркнул, как стоялый жеребец.

Девушка потянулась за кувшином молока себе налить и тут же Шах и Эрлан решили ее опередить.

Первый глянул на второго и тот отступил нехотя.

Эра получила кружку от Валеры и поняла, что пить уже не хочет, и настроение почему-то резко ушло в подпол.

– Я с Лири посижу, – бросила, вылезая из-за стола, прихватив молоко. И ушла в угол, к оконцу, села рядом со стражем, прячась за него.

– Хорошая мысль, – услышала бурчание лета и рявканье вслед. – Так что, где твои-то?!

– Я же говорю, мы у моста багов сдерживали, а Радий остался с Самарой. Что ты меня допрашиваешь? Ты вообще, кто? Меня за кого принимаешь? За парапсихолога- ясновидца, что ли? Мне твоя помощь не нужна – мне нужно чтобы ты отпустил Малика и отдал оружие, я сам своих найду.

– Малик не твой страж.

– Нет, уже не с тобой. Его долг своего искать. Тебя нам сдал, убедился что ты в безопасности и ушел как того долг требует – своего светлого искать.

Эра глаза закрыла, ладонями молоко грея и не замечая того. Разговор мужчин фоном воспринимался и хоть не слышно было Эрлана, она чувствовала его, ждала, что сейчас раздастся его голос и хотела этого больше всего на свете.

Ничего иного в ум не шло – он, только он. Как наваждение, паранойя. Он как бочка меда, она как муха утопающая в нем.

– Ты молоко-то пей, – ласково сказал ей Лири. Эра глянула на него, только сейчас вспомнив о страже. Сунула ему кружку и вылетела из дома.

Со ступеней скатилась, чуть не упав – Кейлиф подхватил. Усадил на пенек возле забора на солнышко.

– Хуже не бывает, – призналась.

– Душа, – процедила, ненавидя себя. Уткнулась себе в колени и выпрямилась, уставилась на стража.