Проект Деметра

И просмотрел капкан. Железяка с хрустом сомкнула свою "челюсть" на его ноге. Мужчина взвыл сквозь зубы и не устоял, припал на колено.

С трудом разжал хватку железяки и высвободил ногу. Рухнул на листву и обтер лицо от липкого пота, выступившего от боли. Взгляд ушел к лодыжке и стало ясно – сломал. Хуже не придумать.

Самхат выругался сквозь зубы и вытащил аптечку. Четыре шприца с обезболивающим – четыре дня жизни. Вполне достаточно, учитывая, что им три отмеряно.

Мужчина вколол нанол и прикусил руку, сдерживая крик боли и ярости.

Надо же так вляпаться! Чего только ногу подставил, а не голову?!

Перед ним как из-под земли вырос мужчина. Один взмах клинка и голова Самхата покатилась по траве и прошлогодней листве. Он даже не понял, как умер.

Сутки прошли более или менее. Не считая паршивых мыслей и не менее паршивых предчувствий, Радий чувствовал себя нормально. Однако на вторые сутки его уже поколачивало от приступов озноба и чудились тени, сжимающие вокруг кольцо, крадущиеся, приближающиеся, несущие смерть.

Мужчина упорно гнал страх, давил с помощью "нотика", но победа оказывалась временной, успех переменным. Добивало и молчание в эфире. Правда весть от Эры приободрила, особенно после сухого от Самхата: "тихо. Никого, ничего. Лажа полная. До связи."

После такого доклада хотелось залезть под дерн и там остаться. Радий был уверен, что к нему возвращается безумие, а это было хуже смерти.

Но Эра подарила надежду и дала занятие.

Мужчина начал долбить эфир позывными, вызывая бойцов. Самхат и Шах упорно молчали, а Самара отозвался ближе к вечеру.

– Связь хреновая, – бросил.

– Дисциплина! Должны каждые четыре часа выходить, а вы молчите! Сам приказал и не выполняешь!

– Не гунди. Что слышно?

– Эра встретила аборигена. Или с базы чебурашку – я не понял. Суть в другом. Есть база, значит, есть шанс на переправу. Должна выдать координаты, но пока вестей нет. Возвращайся, лейтенант.

– Не могу, – бросил тихо и глухо через долгую паузу. – А вы уходите…

Самара отключил связь и без сил уставился в небо, вытянувшись на траве. Но не видел плывущих облаков – видел летящих на него всадников и блеск клинков…

Дальше было огромное поле, ровное как шоссейка. Солнце со своим дублем жарило на всю катушку и мужчина оттер пот со лба, прикидывая что, пожалуй, и свариться недолго, если тени не держаться, а двинуться напрямую через поле. Но выхода не было – галс проложен без кривых забегов в сторону.

И нехотя зашагал по траве. Высокая, в пояс, остролистая и пахучая, дурманила и липла к брюкам, но гнулась под ботинками.

Солнце слепило, плавило, сливаясь с собратом. Самара смотал бандану и обвязал лоб, спасая глаза от пота. Попил, оглядывая местность. Далеко впереди виднелась темная полоска – наверняка еще один лесок.