Проект Деметра

– Вы намеренно подвергаете Эю опасности?! Тогда почему бы кому-нибудь из вас не пойти и не убить ее сразу, к чему тянуть?!

– Эрлан Лой!! – рявкнул старик и имя прозвучало как "щенок"! – Позволь мне самому решать кто, что и зачем!! И пошел вон отсюда пока не вызову!!

Светлый сжал зубы, и, не сказав ни слова, бледный от гнева быстро покинул зал совета. Маэр проводил его недобрым взглядом и покосился на Эхиноха. Тот еле заметно прикрыл веки: понял.

– Нерс, займись Самхарт! – рыкнул советнику, не желая больше видеть никого из пришлых, да и своих помощников тоже. У него все еще не укладывалась в голове информация, что принес ему Таш, а тут все более и более возмущающие новости на голову сваливаются, грозя погрести.

Да, надо открывать книгу судеб и просматривать факты, иначе просто не разобраться.

И поморщился – опасно око тревожить, да и тяжко от него уму и глазам. Но выхода нет.

Советник повел девушку к себе, и та хоть и не упиралась, но все время оглядывалась, надеясь, что Хранитель отменит свое решение. А тот застыл в кресле, глядя перед собой.

Эрлан был взбешен. Давно он не белел скулами и не темнел глазами от ярости.

Последний раз Лири помнил как раз перед встречей с Эйорикой, когда по заданию Дендрейта убирали последних богов. Правда тогда и Эберхайм вне себя был. Оно понятно – его последней опоры лишили. А Лой… для того само упоминание "Эберхайм", как сигнал к буре.

Ох, рубились они тогда. С рыком.

Чудо что Этан не стал добивать Эрлана. Впрочем, наоборот, понятно – оскалился, придавливая поверженного ногой в рану и процедил:

– Сам подохнешь. Но хоть часть своих проступков смоешь кровью и муками. Щщщенок!

Не так давно это было, раны долго заживали и рубцов, благодаря Лайлох, не оставили.

Вроде даже на душе их заживила, но как только отодвигать Эрлана стала, снова вскрываться начали. Оно понятно – родителей, друзей, знакомых, невесту – всех Эберхайм положил. Дома и мира привычного лишил. Потом в бою победил, почти к предкам прямиком отправил. А теперь еще и меж свитыми встает. Даже здесь влезает, и ясно, переживает Лой, что как в те случаи, опять повержен будет.

Только не по себе Лири было, глядя на хозяина. Знал он, чем дело кончиться может.

Эрлан к комнате Эрики подошел, не глядя на Майльфольма, но тот в дверях встал, не пуская.

"Зря-я", – поморщился Лири.

Эрлан уставился на стража и тот отодвинулся, буквально втиснувшись в двери:

– Приказ хранителей, – просипел.

– Приказ? – мужчина улыбнулся, но лучше б этого не делал. Май желваками заиграл, чувствуя, что его сейчас вместе с башнями снесут.

– Нет. Знаю. Но она выдвинула требование, и ты тянешь с ответом…

– А вот это не твое дело, – схватил его за грудки и втиснул в косяк, так что тот трещать начал.