Проклятые судьбы (ЛП)

 — Ты же знаешь, что она ненавидит, когда ты называешь ее Рокси, верно?

— Нет. Она не ненавидит это, оно проникает ей под кожу, и это именно то место, где мне нравится быть. Кроме того, ты ошибаешься, ее зовут Роксания Вега, и она была рождена, чтобы стать принцессой Солярии. Называть ее Тори — это костыль, который позволяет тебе забыть об этом.

Калеб хмыкнул от смеха.

— Мне трудно забыть об этом.

— Ты уходишь от темы, — пробормотал я.

— Я знаю. — Он выдержал мой взгляд, и я фыркнул, ненавидя раздражение, которое испытывал по отношению к нему.

Он был моим братом, и самое меньшее, что я мог сделать, это честно поговорить с ним.

— Итак, одна из причин, по которой ты был третьим, потому что тоже хочешь ее? — спросил я.

Кэл нахмурился, покачивая головой, и остановился посмотреть на небо, тяжело вздохнув.

— Я… нет. На самом деле я не хочу ее для себя. Не сейчас, — медленно произнес он. — Было время, когда я мечтал об этом наяву. Я и она были чем-то… другим. Я не знаю. Она держит меня в напряжении, она заставляет меня смеяться, а секс был чертовски… — Я зарычал на него, и он ухмыльнулся, пожимая плечами.

 — Ты был там, чувак, ты точно знаешь, на что похож секс с ней.

— Этот разговор, вероятно, закончится твоей смертью, — пробормотал я, пытаясь обуздать свой гнев и ревность и просто смириться с тем фактом, что должен был пойти за ней, когда впервые увидел ее, вместо того, чтобы ждать и позволить этой ситуации развиться.

Кэл фыркнул от смеха, как будто я шучу, хотя было совершенно ясно, что это не так, и снова провел рукой по своим кудрям. Это была одна из тех вещей, которые он делал не задумываясь, но я видел, как девушки смотрят на него, когда он так делает, и в данном конкретном случае это раздражало меня до чертиков.

— Так почему же мы это делаем? — он спросил.

— Потому что… — Он подождал, пока я закончу, и я заставил себя продолжить. Он мой брат, и нам нужно прояснить ситуацию в этом вопросе, даже если ни одному из нас не понравиться результат. — Самое худшее в том, что ты Несчастный — даже не осознание, что в моей жизни никогда не будет такой любви или счастья. Это осознание того, что ее не будет.

Так что, наверное, я хочу спросить, если бы я не маячил рядом, если бы у нее не было черных колец в радужках… был бы ты с ней?

Калеб глубоко вздохнул, глядя на меня, и я мог сказать, что он действительно обдумывал ответ, прежде его озвучить.

— Я и Тори, — медленно начал он. — Это было весело, просто безумно весело. Она никогда просто не падала к моим ногам, как большинство девушек, которые так отчаянно хотят заполучить Наследника, что забывают о своем достоинстве.