Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Наводчик, который тоже считал, что машина обречена и надо быстрее покидать ее, был вынужден снова ловить в прицел немецкий танк.

Второй выстрел ударил сквозь завесу пламени. Заряжающий уже спрыгнул через задний борт. Лейтенант и наводчик тоже сумели добраться до борта, но промасленные комбинезоны и телогрейки горели на них факелом. Заряжающий успел сдернуть сержанта-наводчика. Лейтенант, крича от боли, исчез в ревущем столбе огня. Боезапас рванул, когда два уцелевших самоходчика отбежали шагов на двадцать. Сорвали горящую одежду. Наводчик щупал багровыми распухшими пальцами лицо и повторял:

– Ослеп… ослеп я… дай «наган».

К чему без глаз жить.

Все это промелькнуло перед взглядом Карелина, когда его машина на скорости шла мимо. Чурюмов, вырвавшийся вперед, ударил в Т-3. Снаряд, высекая сноп искр, прошел рикошетом вдоль башни. Отлетела, кувыркаясь, половинка бокового люка.

Т-3 нырнул в низину, уходя из-под выстрела. Еще один танк налетел на орудие из дивизиона Раенко, смял его и раненых артиллеристов. Выбираясь из груды искореженного металла и смятой человеческой плоти, забившей плотной окровавленной массой просветы между колесами и гусеницей, забуксовал.

Швецов всадил снаряд в нижнюю часть корпуса, проделав дыру и остановив танк. Хотел выстрелить еще, но подбежали двое гранатометчиков и швырнули свои «ворошиловские килограммы».

Тяжелые гранаты порвали гусеницу, окончательно обездвижив Т-3. Из люков посыпался экипаж с укороченными, уже знакомыми Карелину автоматами. Под торопливые очереди угодил один из гранатометчиков, второй успел скрыться. Самоходка Карелина всадила в Т-3 еще один снаряд, машина задымилась.

Уцелевшие танкисты метнулись в одну, другую сторону.

Павел стрелял в них из ППШ, свалил одного, но едва успел уклониться от ответной очереди. Когда снова вскинул автомат, танкисты исчезли.

Немецкие танки и штурмовые орудия упорно пытались смять оборону. С не меньшим упорством ее удерживали. Деревья подламывались от ударов машин, маневрирующих, бегло посылающих друг в друга раскаленные трассы бронебойных снарядов.

«Не суетись, не суетись», – бормотал Карелин, выцеливая хрустящий в валежнике немецкий танк. Он вынырнул на полном ходу, словно выпрыгнул.

Снаряд СУ-76 отскочил рикошетом от корпуса – все же немец обманул Карелина, выскочив правее.

Глядя, как Сорокин загоняет в казенник новый снаряд, с тоской и одновременно равнодушно подумал: «Конец! Фашист его опередит».

Но Т-3 выстрелил в машину Чурюмова, идущего бок о бок с Карелиным. Разбил верхнее колесо и порвал гусеницу, но получил в тот же момент ответный снаряд.

Крепко усилили броню своих Т-3 немецкие инженеры. Снаряд не пробил ее, встряхнул машину и оставил глубокую вмятину. Экипаж был наверняка оглушен. Танк застыл на месте.