Серый кардинал

Как знать, может быть, начальник областного УВД Ковалев у него в лучших корешах числится?

— Нет, — сразу возразил Клюев.

— Во, брат, как, — Ненашев повернулся к Бирюкову и аппелировал к нему. — Женька наш в бомонд допущен, знает, кто с кем в каких отношениях вплоть до самых-самых верхов.

— Дело не в моей вхожести в бомонд, — Клюев никак не отреагировал на подначку Ненашева, как боксер не реагирует на финт, то есть, ложное движение, — а в том, что я самого Влада Рогунова расспрашивал об этом. А уж при его то связях он знать мог.

— А знал он то, что, например, взорванный конкурентами или еще какими-то недоброжелателями Боб стоял к Ковалеву гораздо ближе, чем к Павленко.

Их контакты с Павленко носили характер случайный и временный.

— Ладно, — не уступал Ненашев, — пусть не Ковалев, но его опричники — ОМОН — самостоятельность проявили.

— Может быть и такое, крупная собака всегда силу свою чует. Но скорее всего они действовали с чьей-то санкции, по чьему-то приказанию. А приказывают им Ковалев и его заместители.

— Тогда я решительно ничего не понимаю, — развел руками Ненашев.

— Должен признаться, я тоже ничего не понимаю, — Клюев кисло ухмыльнулся.

— И что мы теперь будем делать? Сидеть в этой берлоге и смотреть по телику сводки МВД — не появятся ли там объявления типа «Внимание, розыск», а после — наши физиономии? Рвануть в сопредельную Грузию к корешку Тенгизу вряд ли удастся — для этого только по ночам надо пробираться, пешком. Полтыщи километров, по сорок за ночь, недели на две хода.

— Если ничего другого не удастся сделать, может быть, придется и так поступить.

— Клюев потянулся. — А сейчас, пока нас вторично не повязали, давайте-ка подрыхнем лучше. Одного я только не пойму — как им удалось арбалет в мою квартиру подбросить, что же это за ловкачи?

Следователь городской прокуратуры Епифанов пребывал в растерянности. И было от чего — ночью из райотдела милиции удалось бежать двум особо опасным — если не преступникам, то подозреваемым в опасном преступлении. Еще вечером Епифанов вместе с работниками угрозыска допрашивал их, добиваясь, чтобы хотя один из них — хозяин квартиры, на которой было произведено задержание, Клюев, поставил свою подпись под протоколом изъятия.

Мало того, что было допущено грубейшее нарушение УПК — обыск в квартире произведен хотя и в присутствии понятых, но в отсутствие задержанных. А вот теперь и задержанные отсутствуют, они, видите ли, бежали.

Ладно, он, как представитель прокуратуры, сознательно закрывает глаза на нарушения, совершенные в процессе задержания да и в процессе допроса — дело на контроле в областном У КГБ, в облпрокуратуре.