Серый кардинал

И они, тайные вершители судеб зеков, получили отличнейший материал в лице растерявшегося и подавленного человека, подписавшего договор от 15 октября 1987 года, написанный им собственноручно под диктовку самого начальника областного УИТУ подполковника Ефимова.

Это произошло уже после того, как Юлин был перевезен в ИТУ 398/10, то есть, на «зону». Его взяли оттуда в больницу якобы для проверки, потому что проба на РВ, то есть, Реакция Вассермана, дала положительный результат. Проще говоря, подозревалось, что у осужденного Юлина сифилис.

Вместе с подполковником Ефимовым на встрече присутствовал и незапоминающейся наружности мужчина в гражданской одежде. Тот мужчина, как выяснилось позже, являлся полковником КГБ. Ефимов работал на КГБ и Юлин работал на КГБ. Теперь у Юлина немного изменился социальный и гражданский статус, но для КГБ это особого значения не имело.»

Юлин сначала не мог понять, почему же им заинтересовались столь высокопоставленные соглядатаи. Потребовался год пребывания в ИТУ 398/10, чтобы получить окончательное представление о том, что первая буква аббревиатуры — исправительное — отдает даже не черным юмором, а ужасающим цинизмом. Юлин понял смысл выражения «страна воров», был почти уверен в том, что высшей и окончательной целью тех, кто им руководил, было пропустить население всего СССР через «зоны» и окончательно подчинить своей воле.

Кто-то мощно дирижировал всем процессом, заставляя суды давать по несколько лет лишения свободы людям, которые в общем-то совершили проступки, а не преступления.

«План, план, план!» — требовали от начальников ИТУ. «Рабсилу, рабсилу, рабсилу!» — требовали те в ответ.

Но настоящую рабсилу могли составлять только те, кто имел желание трудиться, «мужики» по лагерной терминологии. «Отрицаловка», «блатные» были для этого явно неподходящим материалом. Против них и была направлена лагерная статья 77 прим, начавшая действовать лет за десять до того, как Юлин попал на «зону». Администрации не удалось окончательно подавить «блатных», «воров в законе», но она сумела заставить их действовать в нужном для нее направлении, а именно — служить для «обламывания», для устрашения тех, кто проявлял хоть какие-то признаки независимого, самостоятельного мышления.

На первый взгляд это могло показаться парадоксом: администрация ИТУ и «блатные» никогда не могли сделаться союзниками в полном смысле этого слова. Но они были соузниками одного большого ГУЛАГа, где так называемая «воля» была, по существу, той же самой зоной, с той же самой идеологией, этикой, с теми же законами.