Союз будет жить

– Ты даже не представляешь, как, а главное, какие люди работают, – вновь ехидно ухмыльнулся Ефимович. Зря он так, понимаю я, что скорее всего сманили кого-то из Штатов или взяли за одно мягкое место клещами и теперь держат так, что поневоле будешь пахать как раб на галерах. Впрочем, американцев не так уж и трудно переманить, деньги, деньги и еще раз деньги. Любой программист или ученый, зная, точнее, надеясь на то, что когда-нибудь он станет свободным и богатым, может сделать очень многое.

Прерываясь на приём пищи, мы вели беседы целый день. Мне было интересно узнать о прогрессе в стране, ведь происходит столько всего, а у меня информационный голод, помноженный на самолюбие.

Ведь многое, что сейчас пытаются внедрить, исходило от меня. Взять ту же связь. Она ведь и без меня была, но какая? Без шифрования, ужасного качества с малым радиусом действия. И так, за что только ни возьмись, многое давно изобретено, но по разным причинам не запускалось в жизнь. Тут же, не бездумно, конечно, но многие изобретения получили возможность развития. Мои благодетели часто делали запросы, узнавая у меня насчёт тех или иных изобретений. Естественно, что я не мог знать все, что вообще изобретают наши и зарубежные высоколобые ученые, но то, что имело развитие в моём времени, шло и здесь.

Гости провели у нас два дня, уезжали весьма довольные и отдохнувшие, а Косыгин, вот уж от кого не ожидал, и вовсе шепнул на ухо, что здесь гораздо «чище», чем в подмосковных домах отдыха и санаториях. Я понял, о чем он говорит, и пригласил приезжать в любое время.

Выходные закончились, и все разъехались, оставив нас, впрочем, далеко не одних. Тут и новая охрана, три бойца, и Варвара Алексеевна, как член семьи.

Дядя Коля уехал на свой рыбзавод, на котором уже откровенно жил, даже не из-за большого количества работы, а попросту от возрастной лени. На хрена каждый день ездить на лодке почти полсотни вёрст, когда у него там есть где спокойно можно жить? Вот и живёт, вместе со своей новой бестией, Ириной Сергеевной, бывшей заведующей магазином, а ныне работницей рыбзавода.

Помощница у Катерины теперь есть, и я отпросился в Рыбинск. Хотелось повидать Павла Фёдоровича и посмотреть, как там стройки идут. Жена отпустила без проблем, и я, взяв Алёнку и одного из парней охраны, отправился на теперь уже нашей, новой машине в город.

Все больше и больше мне нравилась эта «Волжанка», прёт как танк, управляется вполне себе сносно, чего ещё надо? Да знаю, чего надо, но пока молчу, толку нет, воздух сотрясать.

Город строился просто грандиозными темпами. Павел Фёдорович обрадовался нашему появлению и даже отменил не очень срочные встречи, выкроив мне пару часов до обеденного перерыва. Показал новые цеха, проведя небольшую экскурсию.