Сто причин поверить

Строители устроили мусорную кучу на границе наших участков. Я пошел разбираться: что за беспредел и все такое. Они мне объясняют: новый хозяин – их заказчик, велел все вытаскивать из дома, из всех комнат, и в мусор. Вывоз уже оплачен. Говорят, мебель, вещи, шторы, ковры и даже посуду – все в мусор. Даже бытовую технику. Она, скажу вам, Настя, так себе. Доисторическая. Строители, конечно, провели тщательный отбор, разобрали кое-что себе. А все остальное в кучу. И вот, когда пошел разбор подвала, на свет божий и появились эти кроссовки. Валялись, связанные шнурками, поверх кучи. Я заинтересовался. Думал поначалу, Яковлева самого. Смотрю: размер не тот. Яковлев сорок пятый носил. Я однажды заказывал ему и себе рыбацкие сапоги. Это еще когда работали в одной структуре. Точно помню: сорок пятый. И Инге кроссовки не принадлежали. У той ножка аккуратная была, маленькая. А здесь что мы имеем, Анастасия? А здесь мы имеем сорок второй. Ходовой мужской размер.

Она допивала уже вторую чашку под его стройный рассказ. В повисшую паузу вставила:

– Вы не захватали их, Николай Федорович? Я в плане отпечатков?

– Нет. Был предельно аккуратен. А строители по умолчанию работают в перчатках. И более того… Я немного поработал за вас. И записал их стройный рассказ на видео телефоном: где нашли эту обувь, как и куда выбросили. Все сфотографировал. От вас теперь что требуется?

Баклашкин жестом погнал ее со своего кресла. Оттолкнул коленом столик на колесах. Уселся, удобно устраиваясь.

– Доставить этот вещдок в вашу лабораторию экспертам. И проверить на наличие ДНК, или чего вы там сейчас проверяете? И по совокупности улик и свидетельских показаний можете паковать голубчика по обвинению… – Он глянул на нее с усмешкой. – В преднамеренном убийстве богатого тестя.

Конечно, это заявление было преждевременным. Улика-то косвенная. Привязать ее к убийству будет крайне сложно, но надежда витала.

– А вдруг это Инга решила подставить своего мужа и завладела его сценической обувью, а? – ныла вечером в плечо Грибову Настя.

Они уже знали, что эти кроссовки делали Мишину по спецзаказу для одного из спектаклей. Ему не хватало роста в паре с Лопачевой. Вот Тараканов и придумал сделать на заказ такие кроссовки.

– Обошлись недешево, – вспоминал он, мечтательно рассматривая потолок. – Одному старому приятелю заказал. А тот разошелся на старости лет. Даже со шнурками намудрил. Но именно за них денег не взял. Сказал, в подарок. Все равно было дорого…

Инга могла стащить обувь мужа, или он забросил эти кроссовки сюда просто так, чтобы потом избавиться. Вовсе не по причине сокрытия улики, а просто так.

– У нас ничего нет на него, Гриб.