Тление

— Ты имеешь на это право. Ты даешь свое разрешение?

Натэниэл выдохнул, а я даже не поняла, что он задерживал дыхание.

— Меня дико бесило твое прежнее отношение ко мне и к Аните, но если сегодняшний вечер что-то и доказал, так это то, что Жан-Клод нуждается в звере своего зова, в своем волке, так что если Анита не против, то и я тоже.

— Время поджимает, — сказала я.

— Тебе понадобится презерватив, — заметил Натэниэл.

Ричард начал развязывать свой галстук.

Хотела я с ним поспорить, но не могла.

Грэхем все еще прикасался то к моей ладони, то к предплечью, то к спине, пока Натэниэл помогал мне раздеться, потому что сегодня ночью всякий раз, когда я теряла физический контакт с вервольфом, чужая сила пыталась провернуть плохие вещи.

На мне оставались только туфли, когда в нас врезалась сила Жан-Клода:

Натэниэл выпрямился и предложил мне свою руку, а Грэхем уже держал другую мою ладонь. Они повели меня к Ричарду, и это напомнило мне наши разговоры о том, кто же проводит меня к алтарю, если мой отец откажется. Из вариантов у нас были Мика и Натэниэл. Да, мы сейчас голые, и происходящее мало напоминало свадьбу, да и Ричард не Жан-Клод, но однажды он уже предложил мне свою руку и сердце, и я согласилась.

Мы с ним годами играли в перетягивание каната, пытаясь найти компромисс. Ричард хотел моногамии за белым штакетником, а я — полиамории за черной колючей проволокой. И вот мы здесь.

— Ты прекрасна, — сказал Ричард.

— Ты тоже ничего, — ответила я. Натэниэл стиснул мою ладонь, и я попробовала еще раз: — Ты потрясающий.

Ричард немного нахмурился.

— Это что сейчас было?

— Я работаю над тем, чтобы поубавить свой сарказм и чаще говорить комплименты в спальне, — пояснила я.

— Спасибо, вам обоим спасибо, — добавил он, кивнув Натэниэлу.

— Это либо работает со всеми, либо не работает вообще, — заметил Натэниэл, и он не мог скрыть того факта, что ему не нравилось передавать меня Ричарду. Ульфрик годами считал его пустым местом. За последние пару минут они взаимодействовали друг с другом адекватнее, чем за все годы знакомства.

Грэхем предложил мою ладонь Ричарду.

— Поскольку я не вхожу в вашу полигруппу, думаю, со мной это работать не должно.

Ричард взял меня за руку и вдруг… стало лучше. Сила Жан-Клода возросла просто от того, что мы с ним взялись за руки.

— А это явно намек на то, что мне стоит уйти, потому что у тебя теперь есть вся волчья энергия, в которой ты нуждаешься, — добавил Грэхем.

Я вцепилась в руку Натэниэла и уставилась на Ричарда. Годами я не ощущала от него такого уровня силы, как сейчас. Я даже не поняла, что Грэхем ушел, пока не услышала, как дверь за ним закрылась. Он больше не имел значения. Со мной теперь наш волк. И эта мысль была не только моей.

Натэниэл наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку.