Тление

Итан выудил из кармана складной нож «Эмерсон» — он лежал у него там кнопкой быстрого выпуска вверх, как и положено, — и протянул его Жан-Клоду в раскрытом и зафиксированном виде. Я подарила ему этот нож на первое Рождество, которое он провел с нами, потому что ему понравился тот, который носила я. Мысленно я пообещала самой себе больше не оставаться без ножа.

Жан-Клод прислонился спиной к стене и взял нож. Он приложил кончик лезвия к шраму от ожога на своей груди, который много лет назад оставили ему люди, безрезультатно пытавшиеся спасти его. Когда-то я им сочувствовала. Теперь я просто радовалась тому, что он не умер за несколько веков до того, как я его встретила.

— Следует делать это слева? — уточнил он, глядя мимо нас на Джейка.

— Нет, подойдет любой участок груди или даже запястье.

Жан-Клод переместил лезвие повыше, чтобы не задеть шрам от ожога. Он прочертил линию кончиком чуть выше своих грудных мышц с левой стороны, оставив красный след на белой коже. Переместив нож правее, он симметрично повторил разрез. К тому моменту, как он закончил справа, слева уже подтекала кровь. Жан-Клод вернул окровавленный нож Итану и поблагодарил его. Итан вытер лезвие начисто об свои штаны и убрал нож обратно в карман.

— Для меня честь помочь в таком деле.

— Подойдите, мои дорогие, возьмите мою кровь, а я произнесу то, что должно, — подозвал Жан-Клод, протянув к нам свои руки.

Я колебалась секунду, глядя на то, как яркая дорожка крови стекает по его груди. Меня не особо вставляет пить кровь, если только мной не овладевают сверхъестественные виды голода.

— Я сделаю это добровольно, — сказал Ричард и вышел вперед, склоняясь над порезом со своей стороны. Не могла я позволить ему быть храбрее меня в деле, которому мы оба сопротивлялись столько лет, так что я уперлась ладонью в живот Жан-Клода, чтобы не упасть, и лизнула рану.

С его губ сорвался довольный звук, и я поняла, что Ричард со своей стороны тоже облизывает рану. Я покосилась на него — мы находились так близко друг от друга, что наши волосы перепутались — мои черные кудри с его каштановыми волнами. Ричард чуть наклонился ко мне, и наши губы встретились — мы разделили кровь между собой, и в его глазах я увидела нетерпеливое рвение, а также поняла, насколько сильно отличался взгляд его волка на принятие крови от моего собственного мнения по этому поводу. Это помогло мне вернуться к порезу на груди Жан-Клода — накрыть его ртом и присосаться, перекатывая сладкую медяшку крови на языке.

Жан-Клод погладил нас по волосам и произнес:

— Кровь от крови моей, — воздух вокруг нас сгустился, наполнился силой. — Плоть от плоти моей, — магия затанцевала вокруг наших тел.