Томминокеры

Забудь на секунду, что ты не хочешь об этом думать… Или запеченный рулет, к примеру? А крови, крови-то сколько было!»

«Прекрати, пожалуйста, перестань», – мысленно застонал Бентон.

«Ну да, я все понимаю, я непременно сойду с ума, если продолжу об этом думать, но, думаю, я все равно буду думать только об этом, потому что, похоже, не сумею остановиться. Рука, ладонь… Это было ужасно, хуже, чем после любой дорожной аварии. А что насчет остальных частей? Голов? Глаз? Ног? Так точно, сэр, знатный бабах получился от взрыва обычной печки!»

– Где же подкрепление? – беспокойно проговорил Джинглс.

«Но когда ты увидишь этих парней, то сумеешь их озадачить, верно? Скажешь: “У меня для вас загадка, ребята. Спорим, нипочем не ответите? После взрыва всю площадь усеяло искалеченными телами, а жертва – только одна. Как так могло получиться? И почему после взрыва печки снесло шпиль городской ратуши, но других разрушений не было? И раз уж на то пошло, как этот Беррингер, наш городской управляющий, не смог идентифицировать тело, когда даже мне известно, кто это был? Сдаетесь, ребята?”»

Бент прикрыл руку тканью. С остальными частями тела уже ничего поделать было нельзя, но это его почему-то не волновало.

А вот руку покойной Рут он прикрыл. Прямо на тротуаре городской площади Хейвен-Виллидж. Пока Эллисон, глава добровольной пожарной команды, ухмылялся с видом тупицы, приехавшего на ужин с бобами, а не на место взрыва, убившего славную женщину. С ума сойти. Большего безумия и представить нельзя.

Питер Гэббонс получил свое прозвище из-за скрипучего голоса, как у Энди Девийна, который сыграл Джинглса в старом ковбойском телесериале. Не успел новобранец приехать в Хейвен из Джорджии, как диспетчер Таг Эллендер окрестил его «Джинглсом», и прозвище прилипло.

И вот теперь вдруг Питер проговорил высоким, срывающимся, столь несвойственным ему голосом:

– Съезжай на обочину, Бент. Мне плохо.

Родес резко вывернул руль; тормоза заскрипели, и полицейский автомобиль чуть не полетел в кювет.

«По крайней мере, Джинглс первым это сказал; хоть какое-то утешение».

Выскочив из машины, Питер рванул направо, а Бент – налево. При дрожащем голубоватом свете мигалки оба избавились от содержимого своих желудков. Родес, пошатываясь, вернулся к автомобилю и вытер ладонью рот.

Судя по звукам, доносившимся из густых сорняков при дороге, напарника все еще рвало. Бент запрокинул голову к небу, смутно радуясь хоть какому-то ветерку.

– Полегчало, – наконец произнес Джинглс. – Спасибо тебе.

Бентон повернулся к напарнику, чьи глаза сейчас напоминали черные дыры, просверленные в лице. У него был такой взгляд, будто он пытался переварить полученную информацию и совершенно не мог сделать здравые выводы.

– Что же там все-таки произошло? – проговорил Бент.