Укротитель Медузы горгоны

Следователь взял в руки меню, полистал и задумчиво произнес:

– Может, мне еще пирог с мясом слопать? Что-то не наелся совсем… Полагаю, что в «Небесах» орудовал серийный маньяк. Он не первый раз на охоту выходит, на нем уже три трупа, а с тем, что в театре – четыре.

Я выронила чайную ложку.

– Что? Откуда вы знаете?

– Ну, я его пытаюсь поймать. Правда, пока без особого успеха, – ответил Якименко.

– Зачем преступнику пустой гримваген? – растерялась я. – Из него ведь к началу спектакля вынесли все костюмы, кроме того, что принадлежал кормилице, а он недорогой.

Игорь Сергеевич отложил меню.

– В автобусе находилась женщина. Мерзавцу машина без надобности, он убивает людей, а затем сжигает автомобили. Я сейчас держу на контроле все случаи поджогов транспортных средств и твердо уверен, что происшествие на заднем дворе театра дело рук этого убийцы. Не стану объяснять, как я пришел к такому выводу, просто поверь: гримваген вспыхнул не случайно, охотились на вашу новую уборщицу Фаину. Если, конечно, погибла именно она. Сейчас эксперт пытается установить личность убитой.

– Трудная задача, – прошептала я. – Софья Борисовна говорила, от тела мало что осталось.

– Не в данном случае, – возразил Якименко. – У жертвы стоял протез тазобедренного сустава с серийным номером, и узнать, кому его имплантировали, вполне возможно. Кстати, мне понадобится твоя помощь. Я, видишь ли, подозреваю, что преступник – мужчина, причем из театральных кругов. Скажем, не очень удачливый актер или он мечтал стать артистом, но потерпел неудачу и теперь служит рабочим сцены, администратором, осветителем.

– Почему вам пришла в голову такая мысль? – удивилась я.

Игорь Сергеевич поманил официантку, попросил принести еще кофе и пирогов с мясом, подождал, пока она уйдет, и стал вводить меня в курс дела…

Не так давно на Звягинской улице сгорел минивэн, за рулем которого находился Сергей Марков, артист театра драмы. Сначала происшествие сочли несчастным случаем, но эксперты определили, что в машине было установлено устройство, которое воспламенилось, когда Марков приехал на улицу, расположенную в промзоне.

Никто из коллег или знакомых ничего плохого об артисте сказать не мог, это был тихий безобидный человек, без семьи. В крохотном театре он считался звездой, играл главные роли, имел своих почитателей, но это была слава, так сказать, местного значения. Широкая публика Маркова не знала – его не приглашали играть в сериалах и в лучших театрах столицы. Люди, занимавшиеся расследованием, проверили коллег и знакомых Маркова, но так и не смогли вычислить убийцу.

Собственно говоря, установить удалось лишь то, что незадолго до смерти актер принял большую дозу сильного транквилизатора, довольно распространенного.