Укротитель Медузы горгоны

Пожарные нашли части конструкции, которая заставила иномарку вспыхнуть, а эксперты, изучив останки погибшей, следы все того же лекарства и кофе.

И вот это дело, тоже обреченное на то, чтобы нераскрытым угодить «на полку», благодаря редкой настойчивости гражданского мужа Косолаповой и его беспредельному желанию выяснить, кто убил Алину, попало к Якименко.

Прежде всего Игорь Сергеевич решил проверить, не было ли раньше подобных случаев поджога машин, во время которых жертвами стали красивые женщины. В архиве сведений о таких происшествиях не обнаружилось, зато в графе «сходные обстоятельства» компьютер выдал информацию про гибель Маркова и Львова. Якименко затребовал документы, изучил их и понял: во всех трех случаях орудовал один человек.

К тому же во всех трех преступлениях использовался одинаковый вид транквилизатора. Что тоже говорит о личности злодея. И в пользу того, что действовал один человек.

Якименко провел свое расследование.

Жертвы погибли поздним вечером или ночью. Марков лишился жизни на пустынной улице, Львов во дворе завода «Алибр», где в момент пожара не было больше никого, а Косолапова заехала на парковку работающего до двадцати трех часов супермаркета в районе полуночи.

Игорь Сергеевич пришел к выводу, что преступник не хотел навредить большому числу людей, поэтому поджигал не квартиры или офисы, а автомобили, где сидели жертвы, устраивал пожар в безлюдных местах и в позднее время. То есть умереть надлежало только Сергею, Мирону и Алине. А еще Якименко решил, что убийца общался с жертвами, может, даже дружил с ними. Ведь знал же тот откуда-то, что Львов остался ночевать в гримвагене, и смог, пока неизвестно каким образом, заманить Косолапову и Маркова в такие места, где они ранее никогда не бывали.

Группа Якименко принялась изучать жизнь погибших, искать связь между ними.

Сергей Марков, звезда крохотного театра, был вполне удовлетворен своей жизнью. В отличие от большинства коллег, он не искал популярности, с презрением отзывался о телемыле, играл роли в классических пьесах и часто говорил: «Великий артист не ярмарочный клоун. Он не может всех веселить, работать для каждого. Настоящий исполнитель служит узкому кругу людей, своих единомышленников. Я никогда не выйду на сцену, если в зале будет более ста мест. И ни за какие гонорары не соглашусь сниматься в кино».

Косолапова оказалась диаметрально противоположной Маркову личностью. Она хваталась за любое предложение, бегала по всем кастингам, участвовала в любых телешоу, была готова есть лягушек, плавать в сточной канаве, прыгать голой с парашютом. И никогда не скрывала, что жаждет славы и денег. Один раз журналистка, бравшая у актрисы интервью, упрекнула ее во всеядности.