Укротитель Медузы горгоны

Крошечную малышку она хотела удушить подушкой, но не успела – ее сильно испугало собственное состояние.

Фанаты готовы ради своего кумира на любые подвиги. Маргарита решила помочь Глаголевой. Тем более что у Кутузовой была близкая подруга Инна Селиванова, с которой она с первого класса сидела за одной партой. В общем, Розалии несказанно повезло. Мало того, что после вызова «Скорой» к ней случайно приехала ее преданная поклонница, так та еще состояла в тесной дружбе с директором детского дома, причем не простого, а экспериментального.

Обычно дети-отказники отправляются в приют для новорожденных, живут там лет до трех, затем переезжают в другой интернат, где содержат ребят детсадовского и школьного возраста. Что греха таить, жизнь под опекой государства совсем не сладка, подчас воспитатели и учителя ведут себя хуже, чем надзиратели на зоне. Но Селиванова была настоящим педагогом. Она считала, что перевод малыша из одного заведения в другое наносит крошке огромную психологическую травму, поэтому несколько лет обивала пороги в приемных чиновников разных мастей и добилась своего: ее учреждение получило особый статус, младенцы, очутившиеся в нем, оставались там до окончания школы, и к детям здесь относились, как к родным.

Кутузова поехала к подруге, честно рассказала ей о том, что произошло, и Селиванова оформила новорожденную… как подкидыша. Составила бумагу о том, что, придя, как всегда, первой рано утром на работу, обнаружила на пороге девочку, замотанную в тряпки. Малышку в честь бабушки директрисы назвали Фаиной.

Маргарита и Инна помогли актрисе совершенно бескорыстно, роскошные серьги остались у Глаголевой. Селиванова с Розалией никогда не встречалась и не собиралась этого делать, а вот Маргарита наивно решила, что теперь они со знаменитостью близкие люди, и начала истово заботиться о своем кумире. Привозила артистке собственноручно приготовленные котлетки или пирожки, а когда та открывала дверь, радостно заявляла:

– Вот вкусненькое принесла, знаю, что вам недосуг самой у плиты стоять.

– Спасибо, душенька, – вежливо благодарила Глаголева. – Но, пожалуйста, не беспокойтесь более, право, мне неудобно. И я не могу пригласить вас чайку попить, убегаю на съемки.

Услышав подобную отговорку во второй, в третий раз, большинство людей сразу бы поняли: с ними не хотят поддерживать отношения, и перестали бы навязываться Глаголевой в подружки. Но Кутузова была добрым, честным и наивным человеком, и она очень любила актрису, преклонялась перед ней, поэтому отвечала:

– Конечно, конечно, ваша работа важнее всего, вы стольких людей своим творчеством радуете. Я загляну в субботу днем, тогда и поболтаем.