Увидеть лицо

А сейчас…

— А сейчас светло, так что будет более понятно, — Виталий потер ладонью мокрый затылок. — Надеюсь, мои опасения не подтвердятся. Вещи пока не берите. Пойдем все, но не толпой, а как я скажу. Будет что-то вроде разведки. Хорошо бы, конечно, веревку, но такой длинной нет… та, в подвале — от силы метров сорок…

— Да и мы не Ариадны, — вставил Олег и вовремя увернулся от его руки. Жора кивнул.

— Понял я твою мысль. Командуй.

— Начнем там, — Виталий махнул рукой туда, откуда они с Олегом недавно вышли. Жора снова кивнул и, не говоря больше не слова, решительно зашагал к указанной точке.

Олег двинулся следом, сгорбившись, засунув руки в карманы и что-то жалобно напевая себе под нос, остальные, после переглядывания, перешептывания и пожимания плечами, последовали их примеру. Только Марина отвернулась и направилась к открытой двери автобуса, на ходу складывая зонтик. Она уже занесла ногу на первую ступеньку, но тут ее схватили за плечо и бесцеремонно дернули назад.

— Ты не слышала, что я сказал? — осведомился Виталий, отпуская ее плечо. Марина возмущенно посмотрела на него.

— Я не пойду через лес! Это глупо, это дико! Я…

— Ты будешь сидеть в автобусе, пока не состаришься?

Марина скривила губы.

— Во всяком случае, я пойду, когда точно буду знать, куда идти!

Виталий улыбнулся, но его улыбка была холодной.

— То есть, пока остальные не сделают всю работу? Не выйдет, милая, нас и так мало, каждый человек на счету. Так что давайка вместе со всеми. А зонтик можешь не брать — в лесу он тебе без пользы.

— Но я же могу простудиться! — запротестовала Рощина, с ужасом думая о том количестве дождевой воды, которая прольется на ее драгоценные волосы.

 — Виталик, ну пожалуйста, можно я останусь? Неужели без меня нельзя?! — чуть изогнувшись, она улыбнулась и скользнула ладонью по его плечу. — Где же твое уважение к девушке?

Взгляд Виталия неожиданно стал скучающим, совсем не похожим на те взгляды, которыми он окидывал ее вчера.

— Марин, красивое тело и относительное проворство в постели — еще отнюдь не повод для уважения.

— Относительное проворство?! — Марина резко, словно ожегшись, отдернула руку и отступила назад, сверля Воробьева ненавидящими глазами, потом размахнулась, но он ловко увернулся.

Теперь скучающим было и его лицо.

— Если нам случится снова здесь заночевать, не надейся, что тебе еще что-нибудь обломится! — прошипела Марина. Виталий усмехнулся.

— Поглядим. Надеюсь, не случится. Пойдем, Марина, не в моих привычках таскать девушек за волосы.

Проламываться сквозь заросли становилось все труднее, и, увернувшись от очередной ветки, попытавшейся хлестнуть ее по лицу, Алина подумала, что, наверное, никогда не видела такого густого леса.