Увидеть лицо

Алина, ощутив внезапный необъяснимый приступ паники, сидела и мучительно вспоминала площадь Победы, которая вдруг начисто вылетела у нее из головы, и восстановить в памяти, что и где находится, у нее решительно не получалось. Алексей заметил, что ему доводилось несколько раз бывать в Волжанске, но он не помнит, чтобы на одной из центральный площадей города были клубы с такими названиями. На вопрос Ольги, какого черта он делал в Волжанске, он обиженно ответил, что у него там родственники, на что Харченко заявила, что Евсигнеев не похож на человека, у которого могут быть родственники.

Еще секунда, и они бы сцепились, если бы между ними не вклинился Жора, возопивший, что он не потерпит кровопролития. Потом подошел Виталий с таким откровенно равнодушным лицом, что у Ольги и Алексея пропала всякая охота продолжать прения. Все же, прежде чем затихнуть, Ольга успела буркнуть напоследок:

— Зачем мне выдумывать то, что так легко проверить?!

— Я не знаю, кто из вас врет… — начал было Олег, но Алина неожиданно перебила его:

— Это как понимать? — поинтересовался Борис. Алина посмотрела на него и сжала губы. Из гостиной продолжала лететь развеселая музыка, придавая всей ситуации несколько нелепый оттенок.

 — Ну же, говори, раз начала.

— И закончила, — она встала и передернула плечами. — Зачем сейчас? Зачем портить такой чудесный вечер? Вы же хотели веселиться? Так веселитесь, елки! Вы же сами говорили — никаких сегодня домыслов больше. Да и нет их у меня! Веселитесь!

Выражение лица Светланы говорило о том, что она целиком и полностью согласна с ее словами. Марина же язвительно поинтересовалась:

— Ты ставишь себя отдельно?

— Ну что ты, — с преувеличенной ласковостью отозвалась Суханова, — что ты…

Она неторопливо пошла в другой конец залы, и платье мягко струилось вокруг ее фигуры.

Звонкий стук каблуков звучал громко и как-то значительно. Наблюдая за ней, Ольга сказала:

— Может, она и права, и не стоит выяснять все это сегодня, но завтра я со всем разберусь! И кстати, Лифман, еще со вчерашнего дня я хочу коечто у тебя спросить.

— Что же? — от интонации, с которой была произнесена его фамилия, Борис вздернул брови. Ольга протянула ему откупоренную бутылку вина.

— На попробуй.

Не бойся, оно не отравлено. Просто попробуй и назови тип вина.

— Если ты не хочешь, я могу попробовать! — предложила Кристина, блестя глазами. — Меня яды не берут!

— Ты — сама яд, золотце! — томно вздохнул Олег. Кристина фыркнула и уткнулась носом ему в плечо, вздрагивая от смеха. Борис принял у Ольги бутылку, плеснул немного себе в бокал и отпил глоток.

— Ну и что? — недоуменно спросил он. — Хорошее сладкое вино. Это… — Борис опустил глаза, чтобы посмотреть на этикетку, и нахмурился. — Это какая-то ошибка.