Владычица Эббона
И сознание медленно погружается в сон. Глубокий и без кошмарных видений. Как он и обещал.
– Спи, моя любимая девочка. Я всегда буду рядом, – слышится мне тихий голос, но я уже не уверенна реальность это, или сон.
А утром я просыпаюсь ещё задолго до рассвета. Небо за окном снова переливается огнями, заливая комнату мерцающим сиянием.
Под моей щекой мерно бьётся сердце Синна. Его руки по-прежнему обёрнуты вокруг меня. Даже во сне он крепко держит меня. И это… наполняет моё сердце такой щемящей нежностью, задевает где-то глубоко во мне такие струны души, о которых я даже не подозревала.
Я… так привыкла чувствовать себя той, кем жертвуют, кого отвергают, от кого… отказываются. Кого бросают.
И, наверное даже сама не подозревала, как нужно мне было, чтобы кто-то вот так… держал меня несмотря ни на что. Не отступался, не уходил и не бросал. Чтобы кто-то видел во мне меня, боролся именно за меня до последнего, даже вопреки моим страхам и сомнениям. Не кто-то… Именно Он.
Полюбила… так сильно, так безрассудно. Доверилась, как не доверяла прежде никому.
Тем больнее мне было думать, что он меня предал. Тем больнее было чувствовать, что и ему я нужна всего лишь, как наследница трона, что пробравшийся мне под кожу мужчина во мне видит лишь пешку в своих играх. Тем больнее было рвать нашу связь, умирая в душе от сокрушительного и выворачивающего на изнанку чувства потери, будучи погребённой под осколками разрушенных надежд.
И так страшно было снова довериться.
Я осторожно поднимаю голову. Мой взгляд скользит по жёсткой линии заросшего тёмной щетиной мужского подбородка с милой ямочкой, по чётко-очерченным чувственным губам, вкус которых могу вспомнить в мельчайших оттенках, по теням, которые отбрасывают опущенные ресницы.
Как же мне нравится быть в его объятиях. Прижиматься к нему. Прикасаться к обнажённой коже, которую так хочется трогать, гладить… целовать.
Моя рука словно сама собой скользит по широкой мерно вздымающейся груди. Подушечки пальцев покалывает жаркими иголочками.
















