Вот и я, Люба!

Беру себя в руки, возвращаюсь на место к внуку. Поворачиваю мальчишку к себе, провожу тыльной стороной ладони по лицу, вытирая слёзы.

— Ты же мужик, Паш, да? — спрашиваю, пристально смотря в глаза внуку.

Павел сглатывая слезы, кивает головой. Глядит на меня упрямым ожидающим взглядом.

— Пашка, ты извини меня, но Любаша наша заболела, и её срочно увезли в больницу. Тебе же нравится Любушка, да? Как ты считаешь, надо к ней съездить, чтобы проведать? — вижу, внук качает в ответ головой, хотя в глазах его стоят слезы. — Ну, вот, хорошо. Ты — молодец! Паш, предлагаю поступить правильно. Сразу в два места мы все вместе поехать не сможем. Значит, надо разделиться. Правильно? Ну, вот. Значит, давай решим с тобой так, сегодня ты с Димой и Аленой поедешь к маме, а я к Любаше в больницу. Все узнаю, и на днях мы с тобой вместе поедем к маме Маришке. Хорошо?!

Смотрю внимательно на внука в ожидании его ответа. Вижу Пашка думает и принимает решение.

— Хорошо. Я согласен, — вздыхая, произносит внук. — Только потом ты меня с собой к Любаше возьмёшь? Лады?!

Получив положительный ответ, Пашка утирает слезы и начинает пить чай.

Мы с Димой выходим из кухни.

— Григорьевич, я Вас заранее предупреждаю, мама выглядит не слишком хорошо, поэтому Вы будьте готовы к этому. Постарайтесь не напугать её и не расстроить своей реакцией на её внешний вид, — говорит мне парень, сообщая адрес больницы.

Смотрю на Димку строго, от нервов и злости играя желваками. Мне хочется задать ему только один вопрос: "Куда ты смотрел, если видел, что мать больна?"

Удерживаю себя, потому как знаю, все это время им всем пришлось нелегко.

Да и уверен я, Любушка сама "била" сына по рукам, когда он пытался её к врачу отправить.

Попрощавшись с Дмитрием и пообещав отзвониться о состоянии самочувствия Любаши, выезжаю на трассу и лечу на максимальной возможной скорости в Новосиб.

В больницу прибываю в рекордно короткое время. Медицинский персонал ещё только начинает собираться на дневную смену.

Выдержав сопротивление в приемном покое, воспользовавшись связями своей знаменитой матери, поднимаюсь на этаж терапевтического отделения.

Зайдя внутрь терапии, сразу направляюсь в поисках дежурного врача.

Не обнаружив его в помещении с табличкой "ординаторская", подхожу на сестринский пост.

— Девушка, доброе утро! В ваше отделение ночью поступила Любовь Петровна Гаврик. Я ее муж. Хочу жену свою увидеть и с врачом дежурным переговорить.

— Доброе утро! А кто Вам позволил в отделение зайти? Есть время посещения пациентов, если лечащий врач даст добро, тогда и приходите.

— Милая моя девушка, я четыре месяца жену не видел. В командировке был. Сегодня вернулся, а она в больнице, — говорю, придавая голосу и своим словам как можно больше убедительности.