Вот и я, Люба!

— Ваша жена в данный момент находится в палате интенсивной терапии. Дежурный врач сейчас с вашей супругой, — более мягко произносит медсестра. — Давайте, я Вас провожу и вызову врача. Он сам Вам все и объяснит.

Мы вместе доходим до палаты. Я остаюсь снаружи ожидать врача. Мое сердце от переживаний то захлебывается от тахикардии, то замирает до уровня брадикардии.

Стою, как соляной столб, с мокрыми на нервной почве руками. Такое состояние для меня является непривычным, потому вызывает дополнительное раздражение.

— У Вас все нормально, — первое, что слышу от врача, вышедшего из палаты Любушки.

Представившись супругом Любы, очень убедительно обозначаю свою просьбу.

— Вы меня извините, что так нахраписто себя веду. Но убежден, что Вы и сами бы так же беспокоились о своей супруге. Мне только одним глазком её увидеть, ручку её поцеловать. Уверен, ей самой легче станет после этого, — говорю, а у самого голос хриплый от того, что в горле ком стоит.

— Хорошо, пока я заберу анализы Любовь Петровны, побудьте с ней. Жена Ваша все равно сейчас не спит, — вздыхая, отвечает мне доктор, направляясь в ординаторскую.

Тихо захожу в палату. На кровати под одеялом лежит моя красавица, вернее то, что от неё осталось. При виде худой и совершенно прозрачной Любушки с лицом белее простыни, у меня слезы на глаза наворачиваются.

Аккуратно сажусь на стул рядом с кроватью, беру в свою руку её ледяную ладонь. Пытаюсь согреть любимые пальчики своим дыханием. Любаша открывает глаза и начинает беззвучно плакать.

— Степушка! Мой Степушка! Ты вернулся! Живой! Любимый — мой! Единственный — мой! Люблю тебя милый мой! — очень тихим, практически безжизненным голосом, шепчет мне Любаша.

Приподнимаясь со стула, легко и нежно обнимаю её тело, ставшее совсем хрупким.

От бессилия и отчаяния мне хочется не то, что рвать и метать, а убивать. В голове пролетает мысль, что если не дай Бог случится страшное, еблану Гаврику сверну шею.

В этот момент в палату возвращается врач. Смотрит на нас обоих внимательно, но выражение лица мне его явно не нравится.

— Любовь Петровна, пришли результаты ФГДС вашего желудка и ваши анализы, — вздыхая как-то тяжко, произносит доктор. — Да, все же хорошо, что Ваш муж вовремя вернулся из командировки. Потому как появились некоторые обстоятельства, отягчающие лечение язвенной болезни.

— Доктор, может нам стоит выйти в коридор или ординаторскую, а Любушка пусть отдыхает? — задаю вопрос, в надежде объясниться по поводу здоровья Любы в коридоре без её присутствия.

— Уверен, что нам нужно все обсудить втроём, потому как вопрос серьёзный, — игнорируя мои слова, продолжает говорить врач. — Итак, у Любовь Петровны, как и было сразу понятно, кровоточащая язва желудка. Иного более серьезного в анамнезе нет.