Выстрел, который снес крышу

Затем осмотрел себя. Больничная майка, трусы. Знакомая палата с зелеными стенами, изученная от и до гроздевидная трещина на потолке…

Все это уже было… И есть… И будет…

Павел расслабленно лег на спину, с безнадежным вздохом закрыл глаза. Не было балтийского побережья, не видел он заколотую нейролептиками Дарью, не охотились за ним киллеры, не выпытывал он правду в доме покойной Елены Корчиной, и горничная Вика ему привиделась.

Как был он больным на голову, так им и оставался. Этот вывод успокоил его. На душе вдруг стало легко и просто. Не убивал он киллеров, значит, не будет мучить его чувство вины, и покойники не станут являться к нему по ночам, чтобы мстить, ругая и проклиная. И Эльвиру не надо искать, и Дарью. И самому от правосудия бегать вовсе не обязательно…

А может, все-таки была Карьянка и ночи с Эльвирой, и безумные соседи… Подумав об этом, Павел вяло пожал плечами. Не хотелось копаться в своем сознании, вытаскивать из памяти события, увязывать их в логическую линию, детализировать, анализировать. Это так нудно. И так скучно. А вот поесть бы не мешало. Тоска приходит и уходит, а кушать хочется всегда.

Поднявшись с кровати, Торопов ощутил боль в ноге. И обнаружил, что у него перевязана одна ступня. В голове мелькнула искра озарения, но тут же откуда-то извне навалившаяся апатия потушила ее. Мало ли где он мог наколоть ногу. Ходил как чумной по территории больницы, искал клоуна, а напоролся на острый сучок. Или гвоздем ногу проколол. Или арматурным прутом. Впрочем, какая разница чем? Наверняка Эльвира позаботилась о том, чтобы рану обработали по всем правилам. Не должно быть гангрены. И столбняка, если укол вовремя сделали…

Каша действительно была на молоке. И масло легко намазывалось на мягкий белый хлеб. Чай, правда, не горячий, зато крепкий, сладкий. В него могли подмешать галлюциноген, но Павел вяло отмахнулся от своих мыслей. Пусть Эльвира делает что хочет. Она врач, она знает, как и чем его лечить. Он – больной, и ничего с этим не поделаешь. Да и не надо себя обманывать. Нужно смириться и получать удовольствие от жизни. Отдельная палата, завтрак, обед и ужин, прогулки на свежем воздухе, здоровый сон – что еще нужно для счастья?

После завтрака Торопов не стал умываться и чистить зубы. И о бритве не подумал. Теплое чувство сытости клонило в сон, и почему бы не лечь в свою постель? Ведь валяться, ничего не делая, так приятно. А грязную посуду заберет Сергеев. Он санитар, его дело работать, а Павел будет отдыхать.

Он уже погружался в сон, когда появилась Эльвира. В белоснежном накрахмаленном халате, стройная, красивая и профессионально радушная. Павел блаженно улыбнулся, глядя на нее.

– Как самочувствие? – приветливо спросила врач.

Но его ответ не удовлетворил Архипову.