XXXL. Как (не) влюбить(ся) в миллиардера

На ее закопченной физиономии наливался невероятной, просто космической, красоты фингал. Ее за грудки держал пришедший в себя аспид, не менее почерневший и вполне себе живой. Держал и активно встряхивал, от чего Катькина голова болталась из стороны в сторону, как на ниточке. Действо происходило в полной тишине. Вокруг собралась толпа зевак, но кто бы на них обращал внимания?

– Что это было? – проклацала я зубами.

– Очередная гениальная идея нашей Кулибинши, – зло сплюнула под ноги Ухогорлоносиха, – локальный взрыв петарды. Ножа-то не было, пришлось выходить из положения подручными средствами. А этот хряк неблагодарный, нет бы спасибо сказать за спасение. Привели же мы его в чувства, что еще нужно?

– Спасибо? – взревел Холод и посмотрел на меня так, что я чуть не свалилась снова на землю. – С тех пор, как я встретил тебя, чертова Промсарделька, я потерял свою спокойную жизнь. Да и просто жизнь. Я горел, взрывался, задыхался, тонул в джакузи. В меня стреляли, подкидывали мне дымовые шашки. А попал в аварию. И все из-за тебя, жабка. Сейчас я разберусь с этой диверсанткой, и доберусь до тебя. Клянусь, я тебя сожру.

– Но, ты же сейчас пришел в себя, – мой жалкий лепет потонул в диком зверином реве. – Мы тебя реанимировали значит.

– В себя приводят делая искусственное дыхание рот в рот, – рявкнул Холод, разжал пальцы, выпуская Варькину и начал надвигаться на меня, прожигая налитыми кровью глазищами. Народ вокруг заволновался и достал смартфоны. Катька свалилась на асфальт и активно работая своими конечностями поползла в толпу любопытствующих.

– Не подходи, – пропищала я, выставив вперед руку с зажатым в ней пластмассовы детским совочком розового цвета, которым собиралась раскапывать пальму.

– А то что? Перережешь мне глотку лопаткой? Или снова сразишь на повал трикотажным и панталонами? Что ты сделаешь, лягушонок? – он вдруг оказался так близко, что показалось, занял собой всю вселенную вокруг. Занял и выкачал из атмосферы весь кислород. Его рот оказался возле моего, и я почувствовала, что из меня выходят остатки воздуха. Он их высасывал, упиваясь своей властью как вампир. – Какого черта тебе от меня нужно, Промсарделька? С папашей снюхалась, курва? Или сама решила восстановить справедливость? Ты ведь…

Он вдруг посмотрел на меня удивленно, обмяк, и я снова почувствовала способность дышать и соображать, вырвавшись из плена, мечущих молнии глаз. Но не надолго. Ровно до тех пор, пока его здоровая туша не погребла меня под собой. Я упала на асфальт и заскулила. Очередные мои штанишки, судя по звуку, пали смертью храбрых.

– Раз, – хихикнула Лиза, подкидывая в руке биту. – Дурачок, оружие надо прятать в машине хорошо. Чтобы не получить своей же битой по ослиной башке.