Так что принц стоически отнесся к скверному угощению в замке Роннота…
— Ну что, сэр Тойог, — обратился он к маршалу, — как здесь у нас дела?
— Ваше высочество, — с натугой просипел тот, — войско построено. А вон там — враг. Вероятно битва вот-вот начнется…
— А что у вас с голосом?
— А? С голосом?.. Да пока втолкуешь нашим лэрдам, что им следует делать — не только голос сорвешь…
— М-да… Варвары, конечно… — кивнул принц, — а каков ваш план, сэр маршал? Как вы предполагаете разбить нелюдей?
Принц и его свита дружно поглядели в сторону приближающихся гномов, непонятно каким образом явившихся к ним из Фенадских пределов… Король Грабедор не прислал гонцов за помощью против нелюдей, даже не известил соседей о вторжении…
А надвигающаяся гномья армия более всего напоминала сейчас издалека ползущую лужицу ртути — то растекающуюся на капли, то вновь соединяющуюся.
Дружины гномьих кланов то расходились в стороны, чтобы обогнуть холмы, не потеряв строя — то вновь сходились в колонну, сверкающую надраенной сталью… Они двигались напористо и быстро, в самом деле предполагая закончить дело сегодня… И их было очень много… Маршал тяжело вздохнул, раскрыл рот, собираясь ответить принцу, но его прервал заунывный звук — гномы запели…
С вершины невысокого холма полководец оглядел сверкающие сталью отряды гномов, тяжелым шагом проходящие мимо.
Дружины кланов шествовали отдельными колоннами, поочередно салютуя Крактлину. Миновав холм, они сходились, образуя сплошной строй. Именно в этом и была сила гномьей армии — в умении образовать единую стену щитов, прикрывая незнакомого соратника так же, как прикрывал бы родного брата.
И в непоколебимой уверенности, что и тебя надежно заслонит щитом сосед, даже если он принадлежит к враждебному клану. Люди, как с гордостью утверждали Вторые дети Создателей, так не умеют, они не могут забыть междоусобные свары перед лицом общего врага… И только недавно соперничество Гравелина Серебро с королем-под-горой и его полководцами внесло некоторый разлад и в гномье сообщество — и в его армию… Собственно говоря противоречие состояло лишь в том, что Гравелин, прославленный воин, был сыном и племянником последних королей Малых гор и намеревался заполучить их корону.
Крактлин же представлял здесь интересы Грабедора, имеющего в виду присоединить Малые горы как вассальное владение к своему королевству. Даже не так — не вассальное, это было бы слишком «по-людски». Король-под-горой осуществлял над своими подданными более абсолютную власть, не связанную никаким подобием феодального договора, олицетворяемого присягами и клятвами — не было социальной лестницы, не было сословий и классов.
