За горизонтом

Обычно люди маркграфа Феллиоста и его вассалов не теряли бдительности и пристально наблюдали за Великой, но этот дождь разогнал даже самых педантичных служак…

— Сэр Брудо, — тоскливо спросил Алекиан, — неужели нам в самом деле необходимо самим выступать на Ванетинию? Ведь мы готовим Гонзор к осаде…

— Ваше высоч… ваше императорское величество, это действительно необходимо. Гонзор — первоклассная крепость, здесь мы можем продержаться целый год против, пожалуй, любой армии. Но нельзя допускать этого! Мы должны не отбиваться, а смело идти вперед — остаивать свои законные притязания.

Позвольте я поясню.

— Да-да, я жду объяснений.

Принц привычно взирал на старого воина, как на кладезь военных премудростей и непререкаемый авторитет.

— Представьте себе, ваше императорское величество…

— Сэр Брудо, мы ведь с вами старые друзья. Зовите меня проще.

Ок-Икерн засопел, глядя на Алекиана исподлобья, затем сердито буркнул:

— Вот в этом-то все и дело!

— Ах, юноша… Пока вы сами не начнете вести себя как император, в вас не поверят вассалы.

Сейчас вся империя, затаив дыхание, следит за тем, как развиваются события в Ванетинии и в Гонзоре. Любой из венценосцев нынче гадает, как поступить. Да что там венценосцы… Каждый барончик видит перед собой три пути: признать императором Алекиана, либо Велитиана, либо не признавать к Гангмару никого и править как государь Гилфинговой милостью! А посему первая задача для нас — заставить всех — весь Мир, то есть — поверить, что император здесь, в Гонзоре. Чтобы иное подумать никому бы не и в голову не пришло. Негоже, скажу я вам, слушать в трудный час бабских советов, но — что правда, то правда — супруга ваша дело говорит…

— Какое дело, — удивился Алекиан, — она словно помешалась на тряпках… Гербы, камзолы с эмблемами… Да она и сейчас императорский штандарт вышивает.

— Вот-вот, штандарт. Тряпки с гербами сейчас могут быть поважнее мечей! А потому и нам с вами надлежит обращаться точно как положено по этикету… Чтобы я, значит, говорил, «ваше императорское величество», а вы мне — «сэр маршал».

Чтобы гвардия в желто-алом, а слуги — в ливреях! Все, до последнего конюха… Потому что весь Мир на нас ныне глядит и к каждому нашему слову прислушивается. Так что мы должны всему Миру показать, что у нас все по-настоящему. И очень славно вышло, что мой Дрымвенниль здесь. Тролль у ворот дворца — это только у настоящего императора бывает.

— Хорошо, — с бледной улыбкой кивнул Алекиан, — будь по-вашему. Мы все станем играть в придворные игры.