За горизонтом

Ладно, так и быть — скажу, хотя мне стыдно вспоминать этот миг: у меня возникло желание отдернуть голову, отстраниться от объятий моего любимого «вампира»… Надеюсь, ох как я надеюсь, что она не заметила моего порыва! Мысленно ругая себя самыми распоследними словами, я назло идиотски-трусливому порыву, осторожно запрокинул лицо и подставил горло ее губам, удивительно нежным губам… Медленно, так медленно ее губки скользили по моей шее — выше, выше… Потом наши губы опять слились в поцелуе, вновь растянувшемся на вечность.

Вечность да еще вечность — сколько это будет? Когда я наконец вполне опомнился, солнце давно уже село и крупные тяжелые звезды с завистью глядели на нас… Непременно с завистью! Ибо в этот миг, ибо в эту вечность я был так счастлив! Так счастлив, что весь Мир просто обязан был испытывать зависть… Удивительно…

Я протянул руку и погладил шелковистые спутанные локоны.

Наверное, мое прикосновение вернуло память и Ннаонне…

— Не смотри, — попросила она и отвернулась.

Я осторожно подхватил какие-то свои шмотки и поднялся…

— Пожалуйста, не смотри на меня…

— Хорошо, я подожду там…

Я неторопливо побрел прочь, натягивая измятую рубашку… Кажется я улыбался, все еще погруженный в абсолютное счастье… Из забытья меня выдернул визг — он раздавался там, где я оставил Ннаонну.

И тут же ночь разорвала оглушительная барабанная дробь, звон оружия и дикие вопли, донесшиеся со стороны лагеря. Я оглянулся — там поднимались подсвеченные жарким пламенем мощные столбы дыма… Снова визг Ннаонны. В моей руке вместе с тряпьем был и меч — это уже инстинкт, я никогда с ним не расстаюсь. Я выдернул клинок, отшвырнув в темноту ножны — кровавые камни тускло отсвечивали в свете пожара — и бросился к озеру…

Король Гратидиан Фенадский ссутулился в седле, озирая окрестности с вершины пологого кургана.

Внизу весело журчал мелкий ручеек, солнце играло бликами в струящейся воде, а дальше — по дороге — тоже тянулась сверкающая в жарких лучах летнего солнышка полоса… Но уже отнюдь не такая веселая и безобидная…

По дороге нескончаемой вереницей шло войско гномов. Ряд за рядом — приземистые широкоплечие воины в сверкающих латах, в шлемах с грозными личинам, из-под которых спускались густые бороды… Отряд за отрядом, дружина за дружиной… Король уже давно бросил считать, сбившись где-то на третьей тысяче.

— Как их много… — пробормотал он.

— Да, ваше величество, — отозвался граф Слепнег, восседающий рядом с монархом на своем отличном жеребце (и где он только раздобыл такого красавца в горах Гномов), — ополчение собралось по призыву Гратидиана отовсюду… А вон, глядите — дружина Гравелина!

По дороге шла новая колонна. Эти держались особняком — в большинстве своем пожилые, седобородые гномы.