Защитник Империи

Очевидно, отправляясь ко мне, златовласка припомнила откровенно жадные взгляды, бросаемые мной на ее замечательные ножки… Вот и спрятала их… Эх…

— Нет, если я мешаю, ты только скажи, я тотчас уйду!

— Нет-нет, все в порядке! — уверил я и сдвинулся в сторону: — Проходи, пожалуйста.

— Спасибо. — Энжель прошествовала вперед, к лестнице на второй этаж.

А я остался на месте, выпучив глаза… увидев за спиной у Энжель небольшой мешок! В который как раз поместится чья-нибудь голова!

У меня аж на душе похолодело… Неужели Энжель принялась за старое?! И опять кого-нибудь головы лишила?! А мне врала, что завязала со своим преступным промыслом? Не может быть!

Сорвавшись с места, я нагнал гостью, двинулся вслед за ней по лестнице и, пользуясь моментом, внимательно оглядел мешочек — нет ли где на нем потеков крови.

— Кэр, ты что?.. — недоуменно воззрилась на меня Энжель, когда, войдя в комнату, обнаружила, что я не свожу пристального взгляда с ее ноши.

— А что это у тебя в мешочке? — сощурившись, осведомился я.

И рубанул прямо: — Уж не голова ли чья-то?

— Какая еще голова?! — в замешательстве уставилась на меня девушка.

— Такая же, как в прошлый раз, — человеческая, — терпеливо пояснил я, внимательно глядя на явно растерявшуюся Энжель.

— Да ну, скажешь тоже — голова! — выдавив из себя коротенький смешок, неуверенно улыбнулась моя гостья и, сняв с плеча мешочек, опустила его на стол. Ослабила стягивающий горловину шнур и извлекла: бутыль белого монастырского вина, довольно хорошего и дорогого, приличный кус паджерского сыра, состоящего по большей части из одних дыр, немного ветчины и полкаравая белого хлеба.

— Что это? — тупо уставился я на разложенную на столе снедь.

— Ну ты же сам вчера говорил, что вас тут не очень хорошо кормят. Вот я и решила…

— Спасибо за заботу, — хмыкнул я. После чего осторожно, чтобы не обидеть ненароком девушку, высказался: — Не стоило утруждать себя, Энжель. Вопрос с едой давно уж разрешился. С выпивкой — это да, напряженно, а с едой у нас порядок… — И замолчал, не договорив.

Почесал затылок, посмотрел на стол. Все правильно ведь — выпивку Энжель и притащила. А все остальное — это не еда, а закуска. Так что ни в чем моя гостья не ошиблась — просто не надо было мне сетовать вчера, что и угостить ее нечем, даже дрянного вина и того нет. Я быстренько сменил тему, чтобы не выглядеть дураком: — А я, признаться, и не ждал тебя.

— Ну я просто не нашла, чем себя занять, — потупилась Энжель.