Защитник Империи

 — У меня же в Остморе ни друзей, ни хороших знакомых… Разве что люди тьера Дивэйна… Но я им, наверное, еще за время поездки надоела… Вот я и подумала… Ты же говорил, что тебе здесь жутко скучно и даже поболтать не с кем…

— Нет, ты не подумай, я ужасно рад твоему визиту, — заверил я и с притворной строгостью вопросил: — Но разве ты не знаешь, как опасно юным девушкам приходить в гости к одиноким мужчинам ночью?

— Знаю, — покраснела Энжель, однако пересилила смущение и не отвела взгляд. — Просто я тебе доверяю, Кэр, — глядя прямо мне в глаза, тихонько проговорила она.

 — Ты по-настоящему хороший человек… И не способен обидеть невинную девушку…

— Какой я там хороший? Злыдень еще тот, — пробормотал я, попытавшись обратить все в шутку. Чтоб скрыть охватившие меня растерянность и смущение, взял со стола бутыль с вином и принялся вертеть в руках, вроде как рассматривая сургучную печать и выцветшую этикетку. — Может, попробуем, каково оно на вкус?

— Давай, — поддержала мою инициативу девушка. — А ты не мог бы лампу зажечь? Тут так темно… А зелье «ночного взора» пить не хочется, от него потом целый день голова болит.

— Да, конечно, сейчас. — Я запалил лампу и поставил на середину стола, после чего, добыв в шкафу пару кубков и штопор, занялся делом. Откупорив бутыль с вином, разлил его и спросил: — За что выпьем?

— Давай за счастливый случай, благодаря которому мы встретились? — предложила Энжель.

— А давай! — легко согласился я и поднял свой кубок.

Выпили мы, закусили. И сидим переглядываемся. Молча. И надо бы что-то сказать, но что?

— Кэр, а давай с тобой дружить! — выпалила вдруг Энжель.

— Так это… Я с превеликой радостью стану твоим другом, — справившись с удивлением, сказал я.

 — Если ты на самом деле этого желаешь.

— Я очень этого желаю, — подтвердила серьезность своих намерений Энжель и со вздохом призналась: — Знаешь, Кэр, у меня ведь никогда не было настоящих друзей… Обидно, но это так…

— Теперь есть, — убежденно сказал я и провозгласил новый тост — за дружбу.

Вино, пусть и совсем слабенькое, дало о себе знать. Мало-помалу языки у нас развязались, и мы принялись болтать обо всем подряд, как закадычные друзья. Проговорили, наверное, часа два, незаметно опустошив при этом бутыль вина, хоть я и не жалую белое.

А потом я заметил, что Энжель уже в который раз поерзала на табурете. Устала, видимо, уже на нем сидеть. Недолго думая я усадил девушку рядом с собой на кровать. И как-то так вышло, что вместо продолжения разговора мы принялись целоваться. Вероятно, из-за того, что мы слишком близко друг к другу сели… Я забыл обо всем на свете, наслаждаясь вкусом нежных девичьих губ…

Чуть ли не до самого утра мы миловались.