Защитник Империи

Я уже пробовал, пока ты в отключке валялся. Прутья слишком близко посажены. Голова пролазит, а туловище нет… А ты крупней меня будешь. Да если и вылезешь, толку-то? Без оружия-то… когда тут какой-то огромный таракан бегает… голодный, похоже…

— Так и что теперь? Сидеть, сложив лапки? — возмутился я и решительно провозгласил, посмотрев на открытый загон богомола: — Не тупи, Пройдоха! Это же просто насекомое, хоть и большое, его обдурить — раз плюнуть! Ты, главное, сейчас отвлеки его от моей камеры, а там я с ним разберусь!

— Да как я тебе его отвлеку?! — огрызнулся Пройдоха, поднимаясь тем не менее с пола.

— Да хоть станцуй для него! — потеряв терпение, зло бросил я. — Или вон камешками кидайся. Их тут полно.

Пройдоха скривился, но за дело взялся. Заорал, руками замахал. Одного добился — богомол развернулся в его сторону, однако уходить от моей клетки так и не пожелал…

Тогда Джейкоб взялся за камешки. Но это не камни, а сущий смех — так, крохотные обломки, насыпавшиеся с обветшалых стен. Редко-редко среди них что-то крупнее ореха попадается. А такие камушки против гигантского бронированного чудовища — что горох супротив элефанта. Он и внимания не обратил на щелкающие по его панцирю песчинки.

— Попробуй попасть в глаз, — посоветовал я Джейкобу.

— Ты офонарел, Стайни? — возмутился он. — Какой глаз? Тут же темно, как не знаю где! Я едва очертания этого таракана различаю!

— А ты камешки сразу горстями кидай, а не по одному. Глядишь, и попадешь куда надо, — нашелся я.

Пройдоха послушался. И где-то десятым броском угодил-таки богомолу в его выпуклый глаз.

У меня даже уши заложило, так этот таракан заверещал. А с какой яростью он накинулся на клетку Пройдохи, пытаясь выломать железные прутья!..

— Похоже, он на тебя всерьез обиделся, — не преминул заметить я, глядя на испуганно жмущегося к стене Джейкоба, с опаской наблюдающего за поползновениями длинных ног-лап, пытающихся зацепить его хоть коготком и вытащить из норы.

Наш надсмотрщик на время потерял ко мне интерес, чем я и воспользовался. Метнулся к решетке, преграждающей путь к свободе, и попытался протиснуться между прутьями. Но с трудом пролезла только голова.

Отступив назад, я с досадой сплюнул. Вот же незадача… А от стены казалось, что запросто пролезу меж прутьев. Может, попытаться их немного согнуть?

С сомнением посмотрев на железные прутья толщиной почти с мое запястье, я покачал головой. Но все же решил проверить.

Схватившись руками за один, показавшийся мне самым тонким, прут и упершись ногой в другой, я поднатужился и потянул. Потянул изо всех сил. И вроде как железо поддалось.