Значит, я умерла

– Как, интересно? Ножичком пырнешь, как своего папашу?

На нас начали оглядываться. Даже мой отец – единственный, кто имел право высказываться по этому поводу – никогда мне такого не говорил. Неудивительно, что от наглости Бена я почувствовала себя дезориентированной, не знала, куда кинуться. Гнев и тот прошел.

– Знаешь, что я тебе скажу? Кэролайн не зря ничего тебе не рассказывала, – выпалил Бен. – Она тебе не доверяла. Знала, что ты не умеешь держать себя в руках и обязательно сваляешь дурака, как ты всегда и делаешь, Дейрдре.

И он пошел прочь, а я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как у меня подгибаются колени.

Я не знала, что это было; понимала только, что я застала Бена за чем-то нехорошим и он психанул. Раздумывая об этом, я вернулась в отель.

– Мисс Трэкстон ждет вас в любую минуту, – сообщила мне консьержка, едва я вошла, и улыбнулась мне так радостно, как будто ровным счетом ничего не произошло. Ей бы в кино сниматься, честное слово.

– Спасибо, – буркнула я, направляясь к частному лифту.

Через несколько секунд я была уже наверху. Дверцы лифта открылись, и я оказалась в зеркальной черно-белой гостиной в стиле ар-деко, похожей на лихорадочный бред декоратора. По крайней мере четыре Джульетты ждали меня, и на каждой было черное платье с запахом и атласные шлепанцы на босу ногу.

– Добро пожаловать в мою гостиную, Дейрдре, – протянула она.

– То есть ты паучок, а я – муха…

Я сделала шаг вперед, надеясь, что не ошибусь и попаду к настоящей Джульетте.

– Хочу тебя предупредить, у меня живет ручной питон, – сказала она. – Он ползает на свободе; правда, сейчас он уже староват и медлителен, так что смотри, не наступи на него случайно.

– Кромвель, – вспомнила я. Среди прочих странностей золовки Каро упоминала и эту – пристрастие к комнатным рептилиям. – А почему именно питон?

Джульетта повернулась ко мне и выдала свою забавную полуулыбку.

– Мой отец панически боится змей. А брат – любых крупных животных. Так что Кромвель ограждает меня от обоих. Ну а что привело тебя в мое логово порока сегодня?

– Что здесь делал Бен Норткатт?

Джульетта приподняла бровь.

– Он – журналист. Я познакомилась с ним пару дней назад.

– Стало быть, тоже копает под мою семейку, – заметила она. – И что ты ему рассказала?

– Ничего. Он мне не понравился.

– Мы тоже мало кому нравимся. Быть душками – это не по нашей части, – парировала Джульетта. – Выпьешь что-нибудь?

Не дожидаясь ответа, она направилась в просторную соседнюю комнату. Я последовала за ней, но осторожно, внимательно поглядывая себе под ноги. Мои ботинки вполне пригодны для того, чтобы напинать кому-то по заднице, но у питонов-то задниц нет, вот в чем все дело.