Значит, я умерла

Вот и тогда она целый час трепалась с отцом о какой-то награде, которую получила за благотворительность. Ты же знаешь, с деньгами Трэкстонов она никогда не церемонилась, швыряя их направо и налево. Отец, конечно, тоже решил, что это прекрасная новость. Вот мне и захотелось проколоть мыльный пузырь ее самомнения.

– Ты всегда ей завидовала. – Мои слова прозвучали эхом отцовских слов – в церкви он тоже обвинял сестру в зависти.

– Да чему там было завидовать? – выпалила в ответ Джульетта. – Кэролайн походила на суетливую мышь, которая нигде не находила себе места. Вечно переживала из-за всякой всячины – то из-за дурацкого пресс-релиза, который все равно никто читать не будет, то из-за выбора зубной пасты. Неужели только меня не удивляет, что при таком отношении к жизни у нее были проблемы с сердцем? Странно еще, что она протянула столько лет.

Я не успел ответить – на столе у Джульетты зазвонил телефон, и сестра сняла трубку.

– Да, он у меня, – сказала она. – Сейчас пошлю его к тебе. – Опустила трубку на рычаг. – Отец хочет видеть тебя, сейчас же.

– Я не к нему шел. Мне надо было поговорить с тобой.

– Но он узнал, что ты в здании, и, в отличие от меня, хочет видеть тебя, Тео. А у меня дел полно. Уходи.

И она притворилась, будто ищет что-то в компьютере. Я не сходил с места, и скоро ей все же пришлось посмотреть на меня.

– Тебе нравилось? – спросил я.

– Издеваться над Кэролайн.

Джульетта подперла голову руками, как будто задумалась.

– Должно же у человека быть хобби.

Моя сестра любит поострить, но тут я не собирался позволить ей обратить все в шутку.

– Когда мы еще только планировали пожениться, ты подарила Кэролайн справочник по этикету, – сказал я. – Со словами, что это ей пригодится.

– Помню. Она, кстати, была в восторге.

– Верно, – продолжал я. – И прочитала его от корки до корки. А ты подарила ей второй, потом третий. Выходит, что она с самого начала верила в твое благородство, пока ты демонстрировала свою подлую природу.

– Женщина, которая то и дело устраивает благотворительные обеды, просто обязана отличать вилку для рыбы от других вилок.

– Ты ненавидела ее и сделала все, чтобы превратить ее жизнь в сплошную муку.

Джульетта с улыбкой откинулась на спинку кресла.

– Давай начистоту. Значит, я стремилась облагородить карабкающуюся лозу из Бронкса, поэтому я плохая. Хорошо, допустим. А ты со своими грязными маленькими секретами, которые так старательно скрывал от нее, что, лучше, что ли?

– Что прошло, то прошло.

Джульетта снова захохотала:

– Любимое присловье отца… Как удобно для тебя, Тео! Этим ведь все можно оправдать, а? Зачем рассказывать второй жене о том, что ты убил первую, ведь это прошло… – Она подалась ко мне.