Алая сова Инсолье 2 (СИ)

— Некромант задергался, пытаясь натянуть штаны. — А насчет темной сущности — хрен тебе на блюде. Это тебя в нее призвали. Слава мертвым богам, ты хоть в мое тело не вперся, меня бы стошнило сразу. Но привязан ты к моей жопе накрепко. Филипп — скотина, но у него есть своеобразное чувство юмора.

— Чем ближе ты стоишь или сидишь к моему мужу, тем меньше болят его раны, — заметила я, вглядываясь внутренним зрением в мельтешение нитей между этими двумя. — Потому что сила как резинка, меньше натягивается. Когда Инсолье на тебе верхом ехал, у него болело только то, что на физическом плане не зажило, а дополнительного оттока не было.

— Э, погоди, — после пары секунд обалделого молчания прохрипел муж. — Мне теперь что, всю дорогу на нем верхом ехать? Я не согласен!

— Я то… — начал было Паоло, но я его перебила:

— Не надо ехать. Но если ты сейчас положишь ладони на пострадавшие места и немного подержишь, натяжение почти спадет, я смогу заживить тело, боль уменьшится, и дальше будет легче.

— Нет! — хором заорали эти двое и рванули в разные стороны от меня. Инсолье стартовал прямо из положения лежа, на ходу натягивая штаны, а Паоло не менее резво загромыхал кирасой на другой край поляны.

— Могу предложить заклинание высшего исцеления. Это максимум, чего темный от меня дождется! Касаться этого… — тут паладина, судя по заминке, аж передернуло, — не собираюсь.

— Можно подумать, тебе кто-то даст! — заполошно и зло отозвался беглый некромант. — Бегу и падаю… После вышки уже ты тут будешь трупом валяться. Не хочу тащить твою тушу, она раза в четыре больше любого из нас. Даже свиньи.

— Я здоров и полон сил. Если будет достаточно мяса и воды, быстро оклемаюсь, — огрызнулся паладин, но как-то без огонька. Видимо, им самим уже этот лай приелся.

— Вот и договорились! — радостно подытожила я, вставая и поправляя платье. — Сейчас мы с Хрюшей пойдем и добудем мяса, а вы сидите здесь, готовьте заклинание. Вернусь — будем варить питательный суп и лечиться.

И поспешила к ближайшему кусту, за которым пасся мой умный и умелый кабан. Сейчас, пожалуй, я с удовольствием кого-нибудь поймаю и убью в его компании.

— Мне кажется или она все это нарочно сделала? — спросили за спиной озадаченным голосом Паоло.

— Не кажется, — мрачно ответили ему. — Бабы — прирожденные манипуляторы. Особенно святые сволочи.

— Это было трудно, — вздохнул я, наконец глядя на те самые горы, зубчатой грядой оскалившиеся над зелеными верхушками деревьев. Мы добирались до них по лесам почти полторы недели. Только представьте себе: полторы недели в обществе Паоло! Да даже будучи паладином в ордене, я проводил с ним в худшем случае неделю на заданиях. И то вовсе не нос к носу.

Нет, так-то он мужик неплохой. Местами. В походной жизни и вовсе полезный.